Как проиграть в любви (ЛП)

Дергаю за халат на талии, поднимая задницу с дивана, чтобы сбросить его на пол — он мешает мне, и я хочу, чтобы барьер между нами исчез, а мой толстый, твердый член стал более очевиден.

Я нисколько не стесняюсь — мне и не нужно стесняться.

Мое тело подтянуто.

Единственная мышца, которой все эти годы пренебрегали, просит внимания, жестко торча между нашими телами, и Райан старается не смотреть на нее сверху вниз.

У меня член среднего размера — не слишком большой, не слишком маленький, идеально пропорциональный для парня моего роста и размера. Приличный член, если хотите, не тот, о котором можно смущаться, если вас застанут врасплох при надевании или спускании штанов.

Райан трется о меня.

Наши рты слились воедино, потому что это то, что делают два человека, когда ласкают друг друга и возбуждены. Трутся друг о друга телами, потому что хотят трахаться, но еще не определились с этим.

— Я больше не могу. — Я стону, не в силах оторвать руки от ее сисек, уделяя им все свое внимание. Самые великолепные соски, которые я видел вживую, то и дело оказываются у меня во рту, между большим и указательным пальцами, на кончике языка.

Намочив один из них, дую на него, и Райан стонет.

Трется сильнее.

— На тебе есть нижнее белье? — спрашиваю я, задыхаясь.

— Да.

Это все подтверждение, которое мне нужно, чтобы спустить ее штаны вниз по бедрам с небольшой ее помощью, полностью снимая их — несколько неловких секунд, когда я думаю, что она может упасть лицом вниз на диван.

Вместо того, чтобы снова забраться на меня и тереться, как я ожидал, Райан опускается на пол, становясь на колени спереди, между моими раздвинутыми ногами.

Дотягивается до основания моего члена, наклоняясь вперед и заглатывая его по всей длине.

— Святое дерьмо…

Боже мой.

Хочу прикоснуться к ней, погладить ее волосы, но в моем мозгу недостаточно крови для координации действий. Вместо этого я хватаюсь за диванные подушки и дергаю, точно так же, как хотел бы схватить ее длинные волосы.

Райан Уинтерс делает мне минет, как будто это мой день рождения, глубоко и с энтузиазмом. Покалывание в моих яйцах заставляет меня закатить глаза и одновременно зажмурить их.

— О, черт… о, черт… — я снова задыхаюсь. — Глубже.

«Возьми его весь», — хочу добавить я, но сдерживаю слова, не желая быть свиньей в отношении этой услуги, которую она мне оказывает.

Райан рукой скользит к моим яйцам, обхватывает их. Играет с ними, как с парой игрушек, средним пальцем нажимает на точку между анусом и яйцами.

И поскольку в моем мозгу нет крови, он не говорит моему тазу не двигаться вверх, не говорит моему телу не трахать ее рот.

Райан задыхается.

Давится, но не останавливается.