Как проиграть в любви (ЛП)

Сжимаю руками руль, вцепившись в него так, будто веду машину в снежную бурю и мне нужна каждая унция концентрации. Костяшки пальцев побелели, в животе завязались узлы.

— Почему ты так нервничаешь, брат? — спрашивает Дрейк, засовывая в рот жвачку.

— Почему я нервничаю? Потому что, придурок, я не хочу, чтобы она сказала мне в лицо «отвали», не выслушав меня, вот почему. Что она и собирается сделать, а я ничего плохого не сделал.

— Вот тут-то мы и вступаем. Мы просто объясним, что произошло.

— Ты не знаешь, что произошло, — заявляю я. — Ты был в доме.

— Да. Но когда ты вошел в дом, ты был очень зол.

— Пожалуйста, не пытайся помочь мне, пока мы в закусочной, хорошо? Просто дай мне выговориться.

Что-то подсказывает мне, что Дрейк только ухудшит наши отношения с Райан.

Люблю этого парня, но он ужасный переговорщик.

Всю оставшуюся часть короткой поездки мы молчим, близнецы нервно поглядывают на меня каждые несколько секунд, чтобы оценить мое эмоциональное состояние.

— Я в порядке, — заверяю я их, заезжая на парковочное место. — Все в порядке.

Но все не в порядке.

Когда Райан видит, как мы втроем входим в переднюю дверь «Роско и Мими», кажется, что она хочет убежать через черный ход, стопка тарелок, которую она несет, почти выскальзывает из ее рук, когда я шагаю вперед.

Райан возится с ними, пока я занимаю место в одной из кабинок и наблюдаю, как она ставит тарелки на соседний столик.

Дрейк и Дрю сидят в другой кабинке, мои ведомые до конца.

Райан топает ко мне.

— Что ты здесь делаешь?

— Пришел поговорить с тобой.

Она пристально смотрит на меня.

— Здесь нельзя болтаться без дела.

Болтаться без дела?

— Что это значит?

— Нельзя просто сидеть здесь и ничего не заказывать.

Мои брови взлетают вверх.

— Это реальное правило или ты придумала его, чтобы избавиться от меня?

Райан поднимает брови.

— Это реальное правило.

Отлично.

Я беру меню и бросаю на него взгляд.

— Я буду картошку фри.

Она сужает глаза.

— Отлично. Что-нибудь еще?

Дрейк поворачивается, положив руку на заднюю стенку кабинки.

— Я возьму бургер и картошку фри, а он будет куриный сэндвич и тоже картошку фри.

Взгляд, которым она смотрит на моего брата, может убить человека или, по крайней мере, остановить его на месте.

— Отлично. — Из кармана милого фартучка, повязанного на ее талии, материализуется блокнот для записей, и Райан пишет в нем, идя в направлении кухни. Кладет бумажку на полку для шеф-повара, который смотрит в маленькое окошко, разделяющее столовую зону и кухню.

Чувак машет мне лопаточкой в руке, и я слышу, как Райан ругает его.

— Прекрати, — шипит она. — Он нам больше не нравится.

— Не нравится? — спрашивает повар. Он определенно нашего возраста и, вероятно, тоже студент.

— Нет.

— О.