Саботаж (ЛП)

Я шлепаю ее по заднице, заставляя ее кричать.

— Ты кончишь, как бы я ни разрешил. Ты понимаешь?

— Да, - скулит она. Ее задница поднимается выше, пока она пытается поправить запястья, связанные между ног.

— Тогда не двигайся, - приказываю я, снова прикладываю бутылку к ее влажным губам и повторяю процесс, готовя ее.

Как только я удовлетворен, я широко раскрываю ее губы и прижимаю кончик к отверстию. Она утыкается лицом в кровать, чтобы заглушить свой стон, когда он входит в нее. Я держу его там, позволяя ей привыкнуть к ощущению прохладного стекла.

Затем я кручу его, вытаскивая. Ее тело неудержимо сотрясается, и я вдавливаю его обратно в нее, на этот раз уступая ей примерно на дюйм.

Я улыбаюсь, когда она еще немного подталкивает себя к этому.

— Это моя хорошая девочка, - хвалю я, проводя свободной рукой по красному пятну на ее ягодице от ее порки. — К черту это, принцесса. Туда и обратно — катайся на бутылке, как будто это мой член.

Она плачет. Я слышу, как она всхлипывает, хотя ее голова уткнулась в матрас, и мне жаль, что я не могу поднять ее голову, но я не могу, стоя позади нее с бутылкой. Я не хочу, чтобы она навредила себе.

Поэтому я позволил ей погрязнуть в собственной ненависти к себе из-за того, что она сделает все, что я скажу, чтобы кончить.

Я провожу костяшками пальцев по ее ягодице, собирая немного спермы, и размазываю ее по ее заднице, получая достаточно, чтобы засунуть в нее палец.

Ее раскачивание усиливается, и я наблюдаю, как она снова оживает. Как будто ее тело — это огонь, всегда горящий. Но когда я прикасаюсь к ней, она оживает, горит ярко и всепоглощающе. И я решил, что сделаю все возможное, чтобы убедиться, что никто другой не сможет разжечь ее пламя.

Она вся моя. Даже если мне придется держать ее прикованной к моей кровати, удовлетворенной и слишком измученной, чтобы уйти. Мне не нужно любить ее, чтобы хотеть ее. Нет. Любовь проста. Люди попадают в неё и выходят каждый день. Это как ветер, меняющий свое направление в любую секунду.

Это другое. Это контроль. Это значит взять то, что я хочу, и заставить ее полюбить это.

Ее крики становятся громче, и я смотрю, как бутылка входит и выходит из ее красивой киски, и я больше не могу сдерживаться. Я начинаю двигать бутылкой с ней взад и вперед, сильнее и быстрее. Стекло промокло, и оно стекает с ее киски на ноги.

Я просовываю второй палец в ее задницу.

— Хотел бы я, чтобы ты видела, как ты трахаешься с этой бутылкой вина, - говорю я ей, зная, что ей нравится, когда с ней обращаются как с дешевой шлюхой, в чем ее обвинил Нейт. Разница лишь в том, что он сделал это неправильно. Я видел, как она вздрогнула от его слов. Я остановил его не потому, что хотел, чтобы он причинил ей боль. Для нее это была возможность увидеть, кто он на самом деле, и что он никогда не будет мной.