Я не твоя собственность (ЛП)

Сьюзи скулит и царапает по моему сидению сзади, предполагая, что у нас случилось что-то ужасное. Я выхожу из машины, выпускаю ее и крепко прижимаю к себе.

— Дейзи возвращается, Сьюзи, — я снова и снова говорю ей, взахлеб рыдая в ее шелковистый мех.

* * *

Кажется, прошла целая вечность, прежде чем Дейзи возвращается домой. Наше воссоединение семьи странное. Мать и я выплакали уже море слез, а наша маленькая Дейзи утешает нас, словно это нас похители. Мы сидим на крыльце, разглядывая ее. Она совершенно спокойно смотрит на нас, одной рукой рассеянно поглаживая голову Сьюзи.

— Значит, ты не видела, кто вас похитил?

— Нет. Как я уже сказала, мы возвращались из ресторана небольшого отеля, когда остановился пыльный белый фургон, из него вышли двое мужчин, схватили нас и запихнули внутрь. Вообще-то их было четверо, но на них были одеты маски из Диснеевских мультиков. Они сразу же завязали нам глаза и заткнули рты, связав.

— Ты и Мари не пытались бороться?"

"— Нет. Один из мужчин держал пистолет, направив его на голову Мари. Мы были настолько потрясены, поскольку они казались очень профессиональными. За все время они ни разу не произнесли и слова. Нас привезли в дом, в котором общались с нами фактически по минимуму. Мы поняли, что в доме есть еще девушки в других комнатах, так как слышали по ночам их плач. Однажды мы попытались поговорить с ними, но мужчины с такой силой стукнули по стене, что мы заткнулись, мы же девчонки.

— Разве они не пытались... причинить тебе боль? — осторожно интересуется моя мама.

Дейзи отрицательно качает головой, причем так энергично, что ее каштановые кудри подпрыгивают, как в рекламе шампуня. — Нет, ни разу. На самом деле, они относились к нам вполне прилично, учитывая обстоятельства. У нас была еда, вода в бутылках, которую мы могли пить, и когда стало слишком жарко, они принесли какой-то вентилятор, который дул через решетку в верхней части стены.

— А как вас спасли? — спрашиваю я.

— Ну, в один прекрасный день мужчины вдруг начали суетиться и переговариваться шепотом. Потом они повезли нас с завязанными глазами, связав руки к маленькому городку местных жителей, высадили на обочине дороги и быстро уехали. Мы видели город, простирающийся под нами внизу, к которому и пошли пешком.

— Ты очень испугалась? — спрашиваю я.

Она весело улыбается.

— На самом деле, нет.

Это окончательно сбивает меня с толку. Я смотрю на ее лицо без макияжа, поблескивающее от самодельного домашнего лосьена ароматерапии, который она распылила.

— Почему нет? Я была бы в ужасе, — отвечаю я ей.

Она смотрит совершенно спокойно на меня.

— Это называется универсальный закон действия и противодействия. Когда ты живешь, используя принцип — никогда не навреди другому человеку, никто не сможет навредить и тебе.