Я не твоя собственность (ЛП)
Я знала, что следовало прислушаться к своему внутреннему голосу. И не соглашаться помогать своей подруге, но я согласилась, и русский своим угрожающим взглядом потрясает меня, и легко возбуждает в моем теле неистовые желания, заставляя потерять полный контроль над собой. Я сделала единственное, на что была способна — ушла (ладно, убежала) прочь, услышав вдогонку прощальную фразу: "Tы вернешься, когда тебе понадобиться моя помощь". Но я не смогла убежать от него в своих снах. Бог знает, скоро раз я пыталась. Но потом происходят совершенно немыслимые вещи — моя сестра пропадает во время похода, и беспощадный хищник — единственный, кто способен помочь ее отыскать, это он. Он сидит в своем кабинете, красивый, сильный мужчина, с холодными глазами, один взгляд которых способен заморозить мою кровь. Он соглашается помочь, но не бесплатно... Зейн Она убежала, словно напуганная лань, но я всегда был уверен, что она вернется. Теперь она вообразила себе, что может вот так просто сидеть здесь, в моем кабинете, и делать вид, будто ничего не произошло. Я не куплюсь на эту чушь. Мы оба знаем, зачем она пришла, и что хочет от меня получить. Она не может выкинуть меня из головы. Она желает, чтобы я удовлетворил ее желания, которые не оставляют ее напряженное тело с тех пор, как заставил кончить своими пальцами. Каждый раз, когда она закрывает глаза, она думает о том, что я мог бы проделать с ней. Но я не отношусь к людям, делающим одолжения. Я авантюрист и всегда есть цена за оказанную мной помощь. Книга содержит реальные сексуальные сцены и нецензурные выражения, предназначена для 18+ Переведено группой Life Style ПЕРЕВОДЫ КНИГ Переводчик Костина Светлана
— Почему нет?
— Всегда есть риск похищения или нанесения телесных повреждений.
— Неужели кто-то в здравом уме может похитить новую игрушку великого босса русской мафии? — с сарказмом спрашиваю я.
— Никто, но есть люди, не обладающие здравым умом, и мне следует соблюдать осторожность. Они невероятно пожалеют об этом, но ущерб будет нанесен. Ты моя собственность, поэтому я за тебя отвечаю.
Я поднимаю ладони вверх.
— Ладно, ты высказал свою точку зрения, но я не хочу, чтобы Ной отвозил меня. Могу я вызвать такси? Оно подвезет меня прямо к входной двери и подождет, и потом также отвезет обратно.
Он прищурившись смотрит на меня.
— В твоем агентстве есть мужчины?
— Мужчины? Нет, мужчин нет, за исключением мистера Хоторна, бухгалтера, который приходит по вторникам, но ему, как мне кажется, лет сто двадцать.
— Тогда почему ты не хочешь, чтобы Ной отвез тебя? Он чем-то расстроил тебя?
— Нет, — тут же отрицаю я, — конечно, нет. — Я вздыхаю. — Просто я никому не говорила на работе о нашей договоренности... и я не хочу подъехать к дверям на мерседесе.
Он одним глотком выпивает свой коктейль.
— Ной остановится на близлежащей улице и доведет тебя до дверей.
— Почему? Нет. Ной выглядит очень суровым.
— Он подождет, через дорогу, — надменно отвечает он.
Я снова вздыхаю.
— Хорошо. Но он не должен подходить ко мне.
— Я скажу.
— Хорошо. Спасибо. Я ценю это."
"Прибывает официантка, сопровождая нас до нашего столика, и мы следуем к круглому столу с белоснежной скатертью и, необыкновенно, просто пепельно-белыми тарелками, на которых отсутствуют монограмма ресторана и какие-либо рисунки. Мы садимся, нам наполняют бокалы шампанским, Зейн возобновляет разговор:
— Итак, чем же ты занимаешься в своем литературном агентстве?
Я тоже делаю глоток.
— Ну, моя работа прочитать огромную кучу рукописей, которые приходят по почте каждый день и попытаться отыскать талант, которое наше агентство хотело бы представить читателям.
— Ты читаешь много рукописей?
— Нет. К сожалению, существует мнение, что если человек способен написать одно предложение, он также способен написать книгу.
Он наклоняется вперед.
— Сколько ты отыскала талантов, пока работаешь в агентстве?
— Три, но двое из мной отобранных, не прошли, их забраковали другие девушки. Поэтому думаю, я нашла одну, но она была очень хороша. Фей, владелица агентства, выставила ее книгу на аукцион «Издателей Большой четверки» и получила £250,000 тут же, — я улыбаюсь. — И это только касается прав Великобритании, она получила такую же сумму для издания в Америке. Прикольно, да?
Он медленно кивает.
— Не плохо. И сколько рукописей тебе пришлось прочитать, чтобы найти этот самородок?
— Не знаю, иногда, нужно прочитать миллион.
















