Сердце Моего Монстра (ЛП)

Или тем, что от него осталось.

Место было разрушено до неузнаваемости. Остатки деревянного пола, дверей и мебели разбросаны — черные, грязные и едва узнаваемые. Некоторые из окружающих деревьев также сломались и упали навстречу своей гибели в разгар катастрофы.

Я замираю, мои ноги едва держат мое тело. Крики и приказы полиции и пожарных медленно затихают до приглушенного шума, как будто они говорят из-под воды.

Пронзительный звенящий звук наполняет мои уши, и меня выбрасывает из моего физического тела. Теперь мы отдельные сущности. В то время как снаружи я остаюсь спокойным, собранным и выгляжу совершенно невозмутимым, внутри меня вспыхивает опасное пламя, которое угрожает съесть мое тело заживо.

Я мельком вижу машину, которую подарил Саше в день ее отъезда. Виден только каркас транспортного средства, да и тот едва различим. Сцена прямо из какой-то ближневосточной войны.

Мои ноги сами по себе движутся к машине скорой помощи. Я ожидаю найти Сашу, стоящую перед разрушением с гребаной винтовкой, перекинутой через грудь, после того, как она убила тех, кто осмелился напасть на нее.

Но, возможно, это слишком оптимистично. Она все еще одна женщина, и хотя у нее яйца больше, чем у большинства мужчин, никто не может предсказать взрыв.

Должно быть, она была ранена при попытке бегства — это единственный вариант, который я допускаю.

Один из медиков имеет наглость пытаться помешать мне открыть заднюю дверь машины скорой помощи.

Он хватает меня за руку.

— Вы не можете этого сделать, сэр.

Я разворачиваю его и отталкиваю так сильно, что он оказывается на заднице на земле.

Когда он снова пытается встать, Виктор оказывается у него перед лицом.

Я протягиваю руку к ручке и останавливаюсь, когда чувствую легкую дрожь в конечностях. Явление, которое я полностью вычеркнул из своей системы. Феномен, который произошел только после того, как меня несколько дней подряд пытала банда садистов моего отца.

Успокойся, блять.

Если я прошел через этот темный период своей жизни, то смогу пережить и это.

Саша просто сжимает свою раненую руку или ногу внутри машины. Не может быть…

Моя рука опускается в тот момент, когда я открываю дверь.

На носилках лежит тело, накрытое белой простыней. Запах тошнотворно горелой плоти забивает мои ноздри, но это не причина, по которой мне трудно дышать.

Это черная рука, похожая на скелет, выглядывающая из-под простыни. Я медленно подхожу к ней, мои движения скованны и неестественны.

Я беру поджаренную руку в свою дрожащую. Пепел и обгоревшая плоть покрывают мою кожу, но единственное, на чем я сосредоточен — это кольцо, выжженное на предпоследнем пальце.

Я протираю верхнюю часть, и мое сердце, блять, падает на колени, когда показывается зеленый.

Нет.