Искушенная дьяволом (ЛП)

Как и накануне вечером, Анджело похлопывает себя по бедру, обтянутому джинсами. — Садись сюда.

Мое лицо пылает, когда я сажусь к нему на колени, и обхватываю его шею левой рукой.

Эта поза такая чертовски интимная.

Он берет клубнику и намазывает ее сливками, а затем подносит к моему рту.

Мое сердцебиение учащается, и я раздвигаю губы, чтобы откусить кусочек. Как только мои зубы погружаются в клубнику, Анджело приказывает: — Не шевелись.

Почему?

Он наклоняется ближе и, наклонив голову, откусывает вторую половину. На долю секунды я чувствую прикосновение его губ, и мои эмоции превращаются в хаотичный беспорядок.

Святое дерьмо.

Я чувствую головокружение от интенсивности легкого прикосновения.

Наши глаза встречаются, и я задаюсь вопросом, каково это - целовать Анджело.

Он уже проглотил свой кусочек, когда усмехается: — Ешь фрукты, la mia tentatrice2.

Я не согласна. Это меня искушает дьявол.

Глава 24

Анджело

Я смотрю, как язык Виттории высунулся, чтобы смахнуть крем с ее губ, и это делает меня чертовски твердым.

Когда я надкусил клубнику, я почти сдался и потребовал ее рот.

Единственная причина, по которой я выполняю ее просьбу, заключается в том, что я хочу, чтобы она поцеловала меня по собственной воле. Судя по румянцу на ее щеках и желанию в ее глазах, я знаю, что долго ждать не придется.

Господи, надеюсь, что нет. Поцелуй никогда ничего не значил для меня, пока она не наложила на него ограничение. Теперь это единственное, чего я хочу больше всего на свете.

Ухватившись за ткань у ее бедра, я приказываю: — Накорми меня, детка.

Когда она потянулась за клубникой, моя рука скользнула вниз, к ее икрам.

— Мне нравится это платье, — говорю я ей комплимент.

— Конечно нравится. Оно стоит целое состояние, — бормочет Виттория, поднося фрукт к моему рту.

Откусив кусочек, я просовываю руку под ткань и провожу пальцами по ее ноге. По ее телу пробегает дрожь, и мои губы кривятся в ухмылке.

Пока я глотаю, Виттория подносит большой палец к уголку моего рта и смахивает немного крема с губ. Я смотрю, как она слизывает его с пальца, и мгновенно теряю контроль над собой.

Одним быстрым движением я поднимаюсь на ноги и, отпихнув клубнику и сливки, опускаю ее задницу на остров.

Нащупав молнию на платье, я стягиваю его, а затем разрываю рукава на руках, чтобы добраться до ее груди.

В тот момент, когда мой рот задерживается на ее соске, из моей груди вырывается удовлетворенный стон.

Пальцы Виттории вплетаются в мои волосы, когда она задыхается от моего внезапного нападения.

Я толкаю ее, чтобы она легла на остров, а затем говорю: — Ты - единственный десерт, который я хочу.

Я стягиваю с нее платье и нижнее белье, а когда она оказывается обнаженной, приказываю: — Не двигайся.