Коронованный череп

Я сделал то, о чем уже рассказал, а когда Полуин уехал на моем мопеде, я пешком отправился к особняку и на пляж.

Девушка посмотрела на Форда, а он — на нее.

— Странно! — с удивлением сказал адвокат. — Интересно, а не изображал ли вас кто-нибудь, сэр Ганнибал? Мисс Стреттон заявила, что видела именно вас.

— Не знаю, кто мог устроить подобный маскарад, — помедлив, ответил сэр Тревик. — Но меня и близко не было к месту убийства. Однако вам лучше рассказать мне все, что вы узнали, и тогда мы, быть может, прольем свет на это дело.

— Я вам все расскажу, — заверил его юрист, — но взамен и вы должны быть совершенно откровенны.

— Обещаю. Продолжайте.

Адвокат был вынужден довольствоваться этим обещанием. Он рассказал сэру Ганнибалу о разговоре с Иосией, о неожиданном появлении Моргана, о визите мисс Стреттон в хижину Анака и, наконец, подробно пересказал то, что поведала им молодая госпожа Боуринг про Полуина, также известного как Крент.

Баронет спокойно все выслушал, держа дочь за руку и не прерывая рассказчика почти до самого конца истории, хотя, судя по его выражению лица, он был возмущен. Наконец, когда рассказ уже подходил к концу, сэр Тревик не выдержал.

— Вы рассказали достаточно, — объявил он. — Крент — мой враг.

— Вот как! — воскликнула Дерика. — Думаешь, это он убил господина Боуринга?

— Нет, — резко объявил ее отец. — Они с Боурингом сговорились, чтобы уничтожить меня. Есть определенная истина в том, что говорила миссис Крент, как и в истории ее мужа. Полуин, или Крент, называйте его как угодно, настоящий злодей. Он был нашим с Джоном партнером в Африке, но вел себя так отвратительно, что нам пришлось его вышвырнуть. Он вечно устраивал нам неприятности с туземцами.

— А насчет подделанных бумаг — это правда? — поинтересовался Форд."

"— Правда. Но я никогда не шантажировал ими Боуринга. Я просто держал их под рукой как гарантию того, что он не попытается мне навредить. Не сказал бы, что я занимался бизнесом с алмазами совершенно честно, но я был не хуже других. Господин Боуринг все знал и время от времени пытался запугать меня, угрожая все рассказать о моих делах жителям Санкт-Эвалдса. Но я пригрозил, что если он это сделает, я подам на него в суд за подделку моей подписи. Бумаги… Да, все в мире повторяется, — с горечью произнес сэр Ганнибал. — Да, Джон подделал их в недобрый час, а я завладел ими с помощью Крента. Боуринг и так зарабатывал больше чем достаточно, ему не было резона что-то подделывать, но он все же сделал это, надеясь сорвать еще больший куш. В результате сделка сорвалась, я ничего не получил и остался ни с чем, а Джон превратился в миллионера.

— Но, имея эти бумаги, вы могли получить у него свою долю, — заметил Форд.

— Нет, — возразил сэр Тревик. — Я никогда не опустился бы до шантажа.