Король Алчности (ЛП)

После ужина у нее еще были дела, поэтому я отвел ее в магазин гамбургеров для гурманов, расположенный дальше по улице от Floria Designs. Мы только что разместили заказы, когда на моем телефоне появилось новое сообщение.

— Это твой брат? — Алессандра точно прочитала, как я сдвинул бровь.

В мире был только один человек, который вызвал у меня такую реакцию.

— Да. Он хочет встретиться, чтобы выпить. — Мне не хотелось отталкивать его после его первого нормального контакта (взлом и проникновение в мою квартиру не в счет), но я, черт возьми, также не собирался покидать Алессандру.

— Скажи ему, чтобы он встретил нас здесь. Я серьезно, — сказала она, когда я бросил на нее недоверчивый взгляд. — Ты так много о нем говоришь, и нам придется в конце концов встретиться.

— Я не уверен, что он любитель гамбургеров с картошкой фри.

— Все равно спроси, — Алессандра потянулась за газировкой. — Это не повредит.

Я пожалела, что попросила Доминика пригласить его брата, как только он появился.

Роман был таким же красивым и тревожным, каким я его помнила. Он приветствовал меня прохладной улыбкой и был достаточно вежлив, но было в нем что-то такое, что вызывало тревогу пятого уровня. Может быть, дело в том, что он двигался, словно хищник, преследующий ночь, а может, дело в льду, сковывающий его холодный зеленый взгляд. Доминик был безжалостным, но очень человечным; в глазах его брата не было никакой человечности.

— Дом говорит, что ты приехал в город по работе, — я попыталась завязать разговор после того, как наша предыдущая дискуссия о последнем фильме Нейта Рейнольдса утихла. — Чем ты занимаешься?

Он разрезал свой бургер с хирургической точностью.

— Я в резолюциях.

— Что это значит?

— Я решаю проблемы, которые другие люди не могут решить, — Роман больше ничего не добавил.

Я взглянула на Доминика, который встретился со мной взглядом и слегка покачал головой. Он привык к сдержанности своего брата, но одна из причин, по которой я попросила его пригласить Романа, заключалась в том, чтобы мы могли лучше узнать друг друга.

— Понимаю, — я заполнила наступившую тишину еще одной попыткой вытащить Романа из его скорлупы. Должна была быть какая-то тема, которую он мог бы развить. — Я полагаю, тогда ты много путешествовал. Где ты был до того, как приехал в Нью-Йорк?

— То тут то там, — еще один чистый кусок мяса и хлеба. — Я не могу много говорить о работе. Это конфиденциально. Вы понимаете.

— Позволь мне угадать. Если бы ты мне рассказал, тебе пришлось бы меня убить? — я пошутила.

Улыбка Романа не затронула его глаза.

— Что-то вроде того.

От холода у меня побежали мурашки. Снова наступила тишина, прерываемая случайным звоном столового серебра и болтовней за соседними столиками.