Ложь моего монстра (ЛП)

Это был страшный сон?

— Что, если бы это было так?

— Я знаю, какими ужасными они бывают. Я не думаю, что выпивка поможет.

— Тогда мы это и выясним, — я высвобождаю свою руку из её, опустошаю второй бокал и наливаю третий.

На этот раз она хватает его и осторожно ставит на стол.

— Я знаю кое-что получше алкоголя.

— Сомневаюсь в этом.

А потом эта чёртова женщина распахивает одеяло и оборачивает свои руки и одеяло вокруг нас обоих. И я понимаю, что она обнимает меня. Что, черт возьми...

— Ты позволил мне обнять тебя, когда я оплакивала Надю и Николая, и это моя любимая форма утешения. Я знаю, что это не твоё, но я все равно отдаю его тебе. Может быть, однажды ты тоже начнёшь ценить это.

Мои плечи опускаются, и часть меня хочет оттолкнуть её, но другая грёбаная часть хочет заключить её в свои объятия и никогда не отпускать.

Поэтому я просто остаюсь неподвижным, не поддаваясь ни тому, ни другому.

Она слегка отстраняется и замирает, затем проводит пальцами по новым шрамам на моей груди, любезно предоставленным её грёбаным любовником.

Этих шрамов у меня не было бы, если бы не она.

Я собираюсь возобновить смертельный круг ярости и гнева, но затем она смотрит на меня блестящими глазами и шмыгает носом.

— Мне так жаль.

— Если тебе так жаль, скажи мне имя этого ублюдка."

"— Я не могу этого сделать, но я могу компенсировать эти выстрелы до конца своей жизни.

— Ты останешься со мной на всю оставшуюся жизнь?

— Если... ты хочешь, чтобы я осталась, то да, я сделаю это.

Чувство яростного собственничества охватывает меня, и я притягиваю её ближе к себе, прижимая руку к её пояснице.

— Ты останешься.

— Я так и сделаю.

— Это был не вопрос. Это было заявление.

Она слегка улыбается, но кивает.

— До тех пор, пока ты не сотрёшь меня.

Я никогда этого не делал. Стереть её практически невозможно. Тем не менее, я проделал отличную работу, притворяясь все эти месяцы, что это так.

Это было проще, чем переигрывать все, что произошло в России.

— Это зависит от твоей работоспособности, — я отпускаю её, и она делает паузу, прежде чем завернуться в одеяло.

— Кстати, о работоспособности, — она прочищает горло. — Давай поговорим о награде, за спасение твоей жизни.

— Что насчёт этого?

— Я хочу стать твоим старшим телохранителем.

— Ты что?

— Старший телохранитель. Нынешняя должность Виктора.

— Он убьёт тебя.

— Мне все равно. Ты обещал мне награду, а я уже приняла твоё наказание, так что ты должен дать мне то, что я хочу.

— Тебе придётся разделить эту должность с Виктором.

— Нет, я хочу быть сама по себе.

— Это невозможно. Я доверяю ему больше, чем тебе, и поэтому он не может быть смещён со своего поста.

Её губы надуваются в хмурой или обиженной гримасе, я не знаю, что это именно, но мне все равно хочется облизать её губы языком.