Секретный агент
Эту женщину нужно беречь. Она – важный свидетель по делу криминального бизнесмена Витинского. Ясно, что подручные крутого босса сделают все возможное и невозможное, чтобы заставить ее замолчать. Желательно навсегда. Но и секретный агент ФСБ – майор Сургин не будет сидеть сложа руки. Его задача – сохранить свидетельницу. Стопроцентная секретность, стопроцентная свобода действий, стопроцентный риск. Майору к этому не привыкать, он – волк-одиночка и умеет "работать" один против целой своры головорезов…
А если это не так? И кто-то из Белого дома заинтересован в Саране? Кто-то, сидящий высоко, но в данной ситуации представляющий не государство, что должен был бы делать, а чьи-то корпоративные интересы за очень хорошие комиссионные? Слово такого чиновника, его гарантии дорого стоят! Но открыто крышевать отдельно взятую сделку чинуша не может. Следовательно, вынужден действовать скрытно. Не в этом ли причина завтрашнего необычно раннего пробуждения Сарана? Конечно, все это только предположения, но они объясняют изменение режима повседневной жизни пуштуна. И тогда – Андрей продолжил развивать мысль – Саран поедет на встречу без российской охраны, а возможно, и не на своем бронированном «мерсе».
Сургин с шумом выдохнул воздух.
Если бы так! Если бы так! Но ладно, пора связываться с Потаповым. Поговорить с ним, поделиться мыслями и узнать, какие шаги ему, офицеру-одиночке, предстоит сделать дальше, работая по военному преступнику Абдулле Хатани, или Али Сарану, что одно и то же. Андрей вызвал генерала.
Тот ответил:
– Да, Москит!
– Я из Лыково!
– Ознакомился с информацией по Хатани?
– Ознакомился!
– Ну и как объект?
– Сложен!
Генерал согласился:
– Кто бы спорил! Сам ломаю голову, где и как зацепить этого козла Хатани.
– Аэропорт?
– Бесполезно! Два его самолета стоят в отдельных охраняемых ангарах.
– Это верно. А вы не обратили внимание, Николай Викторович, что завтра наш «достопочтенный» душман изменил время своего подъема?
– Ну и что?
– Я думаю, неспроста это.
И майор доложил генералу свои предположения, касающиеся завтрашнего утреннего распорядка дня Абдуллы Хатани.
Выслушав Сургина, Потапов задумался.
Потом произнес:
– Слушай, Андрюша, а ты, по-моему, ударил прямо в «десятку».

















