Охоться на меня, дорогая (ЛП)

Минуты тянутся перед нами, вечность ожидания, пока мы не сможем увидеть ее снова, пока мы не сможем возобновить наш извращенный танец.

Снаружи ночь окутана тьмой, соответствующей теням, которые живут внутри нас. Я испытываю трепет, извращенное удовлетворение, зная, что мы оставили на ней свой след, запечатлели наше присутствие в самой ее душе. Она может сопротивляться, она может бороться с очарованием, но в глубине своего существа она жаждет тьмы, которая связывает нас вместе.

Глава 16

Алекс

Я начинаю чувствовать себя неудачницей в моей подготовке в ФБР. Мне нужно перестать позволять им накачивать меня наркотиками. Я рано просыпаюсь от своего глубокого, хотя и вызванного наркотиками, сна. Проверяя свой телефон, я вижу, что до восхода солнца остается еще час.

Когда тяжесть нашей встречи повисает в воздухе, я делаю глубокий вдох, пытаясь собраться. Внутри меня бурлят противоречивые эмоции, смесь разочарования и неуверенности в себе. Я должна отбросить тревожные мысли и сосредоточиться на текущей задаче. Забрав свой ноутбук, я устраиваюсь обратно в кровати, тусклый свет экрана освещает мое лицо.

Открывая папку, содержащую файлы о нашей последней жертве, я начинаю углубляться в детали. В ней содержится огромное количество информации, гораздо больше, чем я предполагала вначале. Мое сердце замирает, когда я осознаю степень своей оплошности. Как я могла упустить эти важные детали во время моего первого обзора?

Документы рисуют леденящую душу картину жизни жертвы, ее страхов и уязвимостей. Тщательность планирования становится очевидной, глубина их порочности вызывает мурашки у меня по спине. Я прочитала показания свидетелей, отчеты судмедэкспертов и просмотрела фотографии, мой разум лихорадочно пытался собрать воедино кусочки головоломки.

Но среди ожидаемых доказательств я натыкаюсь на некоторые странные документы, которые вызывают у меня приступ замешательства и беспокойства. По мере того, как я углубляюсь в файлы, мое первоначальное замешательство превращается в леденящее душу осознание. Эти документы представляют собой отчеты о преступлениях, подробно описывающие их связь с незаконной деятельностью, которую я никогда раньше не видела. Убийство, угроза жизни детей, торговля людьми. Эти отчеты не являются частью общедоступных записей. Их нет даже ни в каких базах данных, к которым у меня есть доступ через ФБР. Создается впечатление, что они были удалены из существования.

Глубины тьмы этих «жертв» становятся все более очевидной, рисуя мрачную картину их жизни за пределами того, что было известно ранее.

Бремя этого нового откровения тяжело ложится на меня.