Безнадежно влип

Возможно, это паранойя, но я точно выключала на кухне свет. Да и дверь из прихожей я точно закрывала! А закрывала ли я входную дверь за Никитой? О, Господи, только этого мне не хватало. Схватила первую попавшую вещь с полки и медленно направилась к кухне. Кажется, у меня остановилось сердце, когда я выглянула из-за проема. Это не галлюцинация. Медведев стоит возле окна, опираясь на подоконник и курит.

– Где твои секси носки, просто Мария?

Глава 15

Глава 15

Несмотря на приподнятое настроение, меня не покидает чувство зависти, когда смотрю на выбранный мною «торт» из памперсов, голубых распашонок, шапочки, пинеток и такого же цвета мишки.

Такому только такие как Маша могут радоваться, но никак не мужик. Я же, кажется, испытываю реальное чувство сожаления, что его придется подарить экс-боссу, а не оставить себе.

Из машины не хочется выходить от слова «совсем». Как представлю, что нужно оправдываться перед Соболевым за свою морду, так начинает мутить. Даже перед Берсеньевой будет менее стремно, ибо она причину не узнает. И все-таки алкоголь зло. Нахрена я ввязался в этот спор, да еще и согласился на такое нелепое условие в случае проигрыша?

Всеми силами заставляю себя выйти из машины, забрать с заднего сиденья машины «торт» и все-таки распрощаться с ним.

Я даже толком не прошел в дом, как уже почувствовал на себе взгляд Соболева. Демонстративно прикладывает к груди руку.

– Ебушки-воробушки.

– Петр Васильевич…

– Матушки-сратушки, как давно?

– Прекратите.

– Да, действительно, прекрати уже выделываться со своим «выканьем». Ну и?

– Что и?

– Морду когда побрил?

– Вчера.

– А влюбился когда?"

"– Ну вы еще спросите что-нибудь из школьной программы.

Не знаю, – бросаю я, не скрывая раздражения в голосе.

– А если подумать?

– Да какая разница когда?

– Большая.

– Не начинайте. Я вообще мог этого не делать.

– Ой, да брось, ты ж патологический… ну в общем, как я, только наоборот.

– В смысле?

– Ну я – пиздун, а ты – правдун. Поэтому ты бы по-любому побрился, если втюрился. А я говорил, что ты проиграешь. Кто молодец? Я – молодец.

– Интересно, а в старости вы будете таким же?

– Пиздуном? Конечно, да. Давай сюда тортик, – радостно потирает руки. – Давай так: ты скажешь Василисе, что все это твое, а мишку я стырю и вечером сам подарю, типа от себя.

Ей такие игрушки стали нравиться.

– Вы можете сами ей все отдать и сказать, что все от вас.

– Ты за кого меня принимаешь? – возмущенно бросает Соболев и тут же меняется в лице. – Да она поймет, что это не я. Не, так палиться нельзя.

– Конечно, нельзя. Как сын?

– Все в шоколаде. Ночью – тихушник. Правда, вчера был неприятный инцидент. Лежу я значит на диване, смотрю телемагазин, Сашка на мне спит. Вася забирает его, а я смотрю на футболке – жидкий творог.