Их невинная принцесса (ЛП)

Что с ней было не так? Почему она продолжала говорить эти ужасные вещи? Почему она причиняла им боль?

Потому что они пугали ее. Потому что, если она причинит им боль первой, они не смогут ранить ее в ответ.

— Вау. Это было хорошо, Принцесса. Ты знаешь, как дотянуться до слабых мест. Ты определенно ударила Дэйна по самому больному. Ты знала, что его бывшая жена, считала БДСМ жестокостью? Ты знала, что когда он предлагал ей поэкспериментировать, при этом, не касаясь ее, она называла его извращенцем, получающим удовольствие от избивания своей жены?

Она ахнула. Как ужасно. И как ужасно она сейчас себя чувствовала.

Дэйн никогда не обидит женщину.

На секунду Алия прикрыла глаза. Иногда она просто не узнавала себя. Когда она накидывалась на кого-то, как сейчас, это говорили ее страхи и боль, не она.

— Нет. О, Лэн, я не знала. Он бы не издевался над ней.

— Ну, у тебя хорошие инстинкты, Принцесса. Дэйн чувствовал, будто подвел всех, всю свою семью, особенно свою бывшую жену. Про себя могу сказать, что я самый тупой идиот, которого когда-либо видел свет, поэтому уточняю, что это самый верный способ причинить мне боль. А еще, позволь мне дать тебе совет, как причинить боль Куперу, потому что я не уверен, что ты смогла его понять.

Он очень хорошо скрывает свою неуверенность в себе.

— Не надо.

Алия почувствовала горькие слезы, обжигающие ее лицо.

Потянувшись к ней, Лэн смахнул влажную дорожку с лица, но его голос не изменился. Он остался глубоким и вежливо монотонным.

— Куп из большой семьи, владеющей ранчо. Когда он был маленьким ребенком, на ранчо настали трудные времена. Семья потеряла почти все. Каждый цент, который они зарабатывали, был вложен в землю, либо шел на выплату долга, поэтому рос он в бедности.

Он был самым младшим из семи сыновей, поэтому к тому времени, как обноски от его братьев доставались ему, они были настолько дырявыми и поношенными, а он был настолько худым, что одноклассники называли его Чучелом. Назови его так пару раз, и это заденет его за живое. А поскольку ты не только облажалась, но еще и жестока, это даст тебе немного больше возможностей. Наслаждайся, — он покачал головой. — Вот как я это вижу, не важно, тебя всегда обижают, или ты позволяешь им себя обидеть. В любом случае, это чертовски больно.

Смахнув еще одну слезу, Лэн повернулся и последовал за Дэйном и Купом. Они все уходили, и она была единственной, кто их прогонял, причиняя им боль и отталкивая, потому что она была недостаточно смелой, чтобы быть доброй и приветливой. Для этого требовалось храброе сердце, а ее было разбито вдребезги.

Из глаз хлынул новый поток слез, но крик, всегда готовый вырваться наружу, застрял у нее в горле.

— Лэндон.

Он остановился, но не повернулся.

— Что вам угодно, Ваше Величество?

Так много всего.