Испорченная безумием (ЛП)

Он шел навстречу опасности, как будто она ничего не значила, как будто его жизнь ничего не значила, как будто смерть и боль ничего не значили.

— Ты заходишь слишком далеко, — тихо сказал Маттео.

— Слишком далеко? — Римо зарычал. — Ты нападаешь на меня и мою семью, когда мы гости на твоей территории. Никогда больше не говори со мной о чести. Я мастер грязной игры, Витиелло. Ты только что открыл чертов ящик Пандоры.

Невио пристально посмотрел на Джианну и глубоко вздохнул.

— Я чувствую запах войны, — он рассмеялся, как будто это была хорошая новость. Война.

— Покиньте мою территорию. Мы квиты. И отпусти Джианну и Изабеллу прямо сейчас, — сказал Лука.

Римо усмехнулся.

— Квиты? Много крови Фамильи прольется, прежде чем я буду считать, что мы в расчете, Лука.

— Я думаю, Алессио приглянулась твоя дочь, — продолжал провоцировать Невио.

Я перестала слушать их игру власти. Я сжала мамину руку, желая, чтобы мы могли что-то сделать, чтобы остановить мужчин. Было слишком поздно останавливать войну, даже я это понимала, но сегодня мы все могли бы уйти живыми. Я не хотела, чтобы погибли люди, которых знала. Не хотела смотреть, как они умирают. Возможно, это было эгоистично, но эта мысль терзала меня. Особенно если учесть, что тот, кого я любила, мог убить того, о ком я заботилась.

Где-то раздался вздох, и внезапно Грета побежала к воде. Ее выражение лица было решительным. На нем не было и следа страха, даже когда она бросилась в Гудзон и исчезла под черной поверхностью.

— Грета! — раздалось несколько криков, и люди бросились бежать. Невио отпустил Джианну и побежал к воде, чтобы спасти свою близняшку.

Невио бросился в воду через несколько секунд, а Амо последовал за ним, предварительно осмотрев поверхность воды в поисках Греты. Они оба были готовы рискнуть всем ради нее. Римо и Серафина тоже бросились к краю, выкрикивая имя Греты.

Мама обняла меня, как будто боялась, что я тоже побегу туда. Я была слишком ошеломлена всем, что произошло. Выстрелы прекратились.

Папа и Адамо остались рядом с нами, а Нино и Римо побежали к кромке воды.

Амо вытащил Грету из воды и начал делать искусственное дыхание, вскоре после этого она открыла глаза. Невио наблюдал за происходящим со стороны, мокрый, со вздымающейся грудью и грозным выражением лица.

Даже издалека я видела его борьбу, страх за жизнь близняшки и ненависть к Амо. Мама смахнула несколько прядей с моего лица. Я чувствовала, как она дрожит, что было удивительно, потому что мое собственное тело сотрясала дрожь.

Я не была уверена, сколько прошло времени, но вскоре папа повел нас с мамой к фургону. Мы все забрались внутрь. Грета была завернута в мягкое белое полотенце и прижималась к своей матери Серафине. Поездка была тяжелой.