Испорченная безумием (ЛП)

Невио вытащил из заднего кармана пачку наличных и протянул ее доктору. Он начал качать головой, но Невио просто всучил ему деньги.

Я надела на Баттисту свежий подгузник. К счастью, у них в палате был запас, но у меня по-прежнему не было никакой одежды. И вообще ничего, чтобы позаботиться о маленьком ребенке. Я могла бы попросить Динару. Вероятно, она сохранила какие-то вещи, но это вызвало бы вопросы, на которые я не смогла бы ответить. Мой ранний уход с лагеря уже наверняка вызовет ненужные внимание.

Мы с Невио покинули клинику с Баттистой на руках. И впервые вопрос «что теперь?» по-настоящему поразил меня.

Как мы вернёмся в гоночный лагерь? Даже если у меня и был свой собственный маленький дом на колесах, все находилось близко друг к другу, и люди заметили, если бы я попыталась пронести туда ребенка. Не говоря уже о том, что детский плач определенно насторожил бы людей.

Роман был там единственным ребенком, но он уже не был таким маленьким.

— Это не сработает, — сказала я. Это превыше моих сил. — Мы не можем вернуться в гоночный лагерь даже на одну ночь, и я пока не могу переехать в квартиру.

У папы есть коды на все, и у меня там пока ничего нет… — я глубоко вздохнула, ошеломленная.

Брови Невио сошлись на переносице, когда он уставился прямо перед собой, явно погруженный в свои мысли.

— Мы могли бы найти для тебя мотель на ночь. А завтра придумаем ложь о том, почему ты должна вернуться в Вегас и пораньше переехать в свою квартиру.

— Люди будут задавать вопросы, — сказала я. Особенно мама и папа, хотя они, вероятно, будут рады моему возвращению в Вегас. Тем не менее, это еще одно изменение в планах.

Мама продолжала допытываться, настаивая на том, что эмоциональное потрясение стало катализатором моих внезапных изменений в поведении. Конечно, она не ошибалась. Мне была ненавистна мысль о том, что к моему и без того длинному списку недавней лжи придется добавить еще одну. Я любила своих родителей и не хотела их обманывать

— Я должна ужинать с Адамо, Романом и Динарой. Они будут гадать, где я.

— Ты со мной. Ужинаешь с другом.

То, как он сказал «друг», ясно давало понять, что он не считает себя моим другом. И он был прав, мы не были друзьями с той ночи.

Временами мне казалось, что мы враги.

— Значит, враг, — сказала я, пожимая плечами, как будто для меня это не имело значения.

Невио коснулся моей поясницы, удивив меня.

— Мы не враги, Рори. И не друзья. Друзья не хотят делать то, что я хочу сделать с тобой.

Жар пробежал по моей шее.

— Попробовать меня и заставить на это смотреть, — я хотела сказать это в стиле Ганнибала Лектера, но ответная ухмылка Невио сказала, что это не так.

— Всю ночь напролет, — пробормотал он.