Испорченная безумием (ЛП)

— Ты не собираешься помочь мне уложить его в постель? — многозначительно спросила я.

— Сомневаюсь, что он этого хочет. Он все еще смотрит на меня так, словно я собираюсь его съесть.

Баттиста действительно настороженно наблюдал за Невио.

— Большинство детей опасаются незнакомых мужчин. Если ты будешь проводить с ним больше времени, это изменится.

Невио остался, но он выглядел более смущенным, чем я когда-либо видела его. К сожалению, Баттиста доказал свою точку зрения и продолжал бодрствовать, устало поглядывая на Невио. В конце концов, я сказала Невио уйти, и он сделал это без колебаний.

Баттиста заснул вскоре после его ухода. Я побыла рядом с ним еще несколько минут, прежде чем выйти из комнаты. С Романом иногда требовалось больше часа, чтобы заставить его заснуть, но Баттиста, очевидно, привык засыпать в одиночестве.

К моему удивлению, Невио все еще стоял перед дверью. Я подумала, что он уже уехал на встречу с Алессио и Массимо. Однако я не была удивлена, что он не вернулся на кухню, чтобы провести время с Карлоттой. Сегодня ее переносимость Невио была на очень низком уровне.

Он просто прислонился к стене, его лицо было наклонено вперед, темные пряди падали ему на глаза.

Я часто задавалась вопросом, каково было бы провести по ним пальцами, притянуть его к себе и почувствовать, как его собственные пальцы перебирают мои волосы. Я замерла, все еще держа руку на дверной ручке, но теперь это зрелище напомнило мне о той ночи, когда все изменилось. Мой живот сжался, как всегда, когда я думала об этом, но эмоции были уже не такими острыми, как раньше. Может быть, это был знак.

— Он спит, — сказала я тихим голосом.

Невио поднял голову, его глаза сузились, когда он посмотрел на меня.

Он медленно кивнул, все с тем же растерянным и задумчивым выражением лица. Невио оттолкнулся от стены и подошел ко мне. Я затаила дыхание, сама не зная почему.

Невио остановился передо мной, провел рукой по волосам, затем сжал темные пряди. Его лицо исказилось от противоречивых эмоций.

— Послушай, Рори. Я знаю, что могу быть мудаком.

Я бросила на него одобрительный взгляд, потому что я, конечно, не стала бы противоречить ему по этому поводу. Его пальцы глубже зарылись в волосы, и выражение его лица стало еще более страдальческим.

— Я никогда не забуду, что ты делаешь для меня и для него. — Он кивнул на дверь. — Ты самый добрый человек, которого я знаю, слишком, блять, добрый для этого мира. — Он странно улыбнулся. — У тебя есть все причины ненавидеть меня, и я знаю, что ты действительно пытаешься, но все же ты здесь. Спасибо. — Последнее слово прозвучало так, словно ему пришлось продавливать его сквозь шрапнель. Я предполагала, что слова благодарности не входили в его стандартный репертуар.