Испанский любовный обман (ЛП)

Я кивнула один раз, не в силах сделать что-либо еще.

Аарон поудобнее устроился на сиденье, наклонив голову так, чтобы мы были на уровне глаз.

— Ты больше ничего о нем не говорила. Есть ли что-нибудь еще, кроме этого, что я должен знать?

Он смотрел на меня спокойно, почти выжидающе, и я действительно могла сказать, что завладела всем его безраздельным вниманием. Именно так, как он сказал раньше. Хотя на этот раз это не было уловкой. Потребность открыться ему и рассказать ему все проявила себя, заставив меня усомниться в себе.

— Нет. Это все, – я поерзала на сидении, глядя на его руки, которые лежали у него на коленях.

— Он мой бывший и старший брат Гонзало на несколько лет. Изабель и он познакомились через нас, когда мы начали встречаться. И… вот и все.

Если бы я была умнее, я бы рассказала Аарону всю историю.

Но в последнее время мне, похоже, удавалось принимать только глупые решения. Так что это было все, что я ему сказала.

В свою защиту скажу, что будет довольно трудно столкнуться с катализатором моего нынешнего затруднительного положения. Я не хотела тратить свое время на разговоры о Даниеле, потому что это означало возвращение в прошлое, которое состояло из плохих решений и разбитого сердца.

Так что, нет, это было не то, о чем я была рада небрежно поболтать, независимо от того, насколько это было важно для шоу, которое мы собирались поставить. Даже если бы какая-то часть меня отказывалась признавать, какой ничтожной я бы себя чувствовала, показывая Аарону эту частичку себя, и даже когда я знала, что лгу ему. Опять лгу. Конечно, это была ложь по недомолвке, но позже она могла укусить меня за задницу. Как и любая ложь.

— Ты можешь доверять мне, — тихо сказал он.

"

"Может быть, я могла бы. Но это не означало, что доверить Аарону это когда-нибудь будет легко для меня. Этот фрагмент моей жизни был заперт долгое время — возможно, так долго, что, скорее всего, замок заржавел и засох, и его уже нельзя было открыть. Это объяснило бы, как я сюда попала. Где-то за Атлантическим океаном, сидя рядом с мужчиной, с которым я обычно изо всех сил старалась дышать одним воздухом, не желая бросать что-то в его твердую голову, но который каким-то образом оказался единственным мужчиной в Нью-Йорке, способным заменить моего выдуманного парня.

— Как зовут мою abuela (бабушку)? — я опустила взгляд куда угодно, только не на его лицо. Я не думала, что хочу получить хоть малейшее представление о том, что он чувствовал в тот момент. Я не думала, что это заставит меня чувствовать себя хорошо.

— Каталина, — Аарон произнес мое имя с чем-то, что звучало очень похоже на жалость.

Я ненавидела это.

— Неверно, — огрызнулась я. — Мою бабушку зовут не Каталина, Аарон. Тебе нужно знать имя моей единственной живой бабушки.