Испанский любовный обман (ЛП)

Гон – конкурентоспособный, всегда был таким, так что он будет на седьмом небе от счастья, если в его команде будет кто-то, кто ближе всего к долбаному греческому богу. Прямо из Олимпии, — я фыркнула.

Аарон действительно был немного похож на одну из этих скульптур. Все стоическое, с плавными и симметричными линиями. Гонзало бы понравился Аарон на…

Приостановись.

Что я только что сказала?

Мои глаза закрылись от осознания того, что я назвала Аарона богом. Греческим. Из Олимпии. Вслух.

О, пожалуйста, стены ванной комнаты, будьте толстыми и звуконепроницаемыми.

Пожалуйста.

Чувствуя его присутствие где-то позади меня и учитывая размеры как комнаты, так и ванной комнаты, я оставалась очень спокойной.

Я открыла глаза и посмотрела на его отражение в зеркале передо мной.

Аарон стоял, прислонившись к дверному косяку, скрестив руки на груди.

Сделав глубокий вдох, я позволила своим глазам обежать прилавок, осматривая все и продвигаясь вверх, пока не нашла взгляд Аарона в зеркале.

— Есть вероятность, что ты не услышал меня из спальни? – рискнула я.

— Это зависит от обстоятельств, — я смотрела, как у него работает горло, как он сглатывает.

— Насколько хорош слух у греческих богов?

У меня было два варианта: признать это, как взрослая женщина, которой я была, или проигнорировать то, что только что произошло, и быть полной трусихой.

Переставляя в тишине каждый предмет, который я только что положила на полку, я выбрала последнее, все время чувствуя, как его взгляд следит за каждым моим движением.

Мгновение спустя я почувствовала, как Аарон обернулся, но прежде чем он ушел, я позвала его: — О, и, Аарон? — я наблюдала за отражением его спины в зеркале.

— Проигравшая команда должна сегодня вечером исполнить хореографический танец.

От него не последовало никакого ответа, но когда он наконец сделал шаг в сторону, я прекрасно представила, как в его глазах оживает соревновательный блеск.

Глава 16

Я стояла, уперев руки в бедра, немного теряясь в палитре голубых и зеленых тонов, которые рисовали вид передо мной.

Когда люди думали об Испании, они думали о забитых пляжах под безжалостным летним солнцем.

Они думали о столах, уставленных флягами сангрии, кастрюлями, наполненными паэльей, и множеством тапас. Они, скорее всего, думали о каком-нибудь темноволосом парне, исполняющем серенаду вечером с невероятно мастерскими пальцами, играющими на гитаре. И в некотором смысле они не были полностью неправы. Это можно было бы найти в Испании. Но это была лишь малая часть того, что представляло мою родную страну. Та, которая, к сожалению, не покрывала и десяти процентов от того, что она предлагала.