Миллион поцелуев в твоей жизни (ЛП)

“Иногда ты бываешь грязной, не так ли? Тебе понравилось, когда мои пальцы были внутри тебя.”

Прерывистое дыхание покидает меня, и он снова целует меня, его рот задерживается, его язык скользит для дразнящего облизывания, прежде чем он отстраняется. “Ты была такой мокрой”.

Мои щеки горят. Это смущает, как он вспоминает каждую унизительную деталь того дня. “Мокрой для меня”, шепчет он мне в рот, прежде чем поцеловать меня глубоко, его язык толкается, поглаживая мой. Он придвигается ближе, ногой захлопывает ноутбук, обрывая фильм, так что в комнате не остается ничего, кроме тишины.

Единственный звук - это соприкосновение наших губ. Шелест одежды, когда он притягивает меня к себе, вздох, срывающийся с моих губ, когда он целует меня в шею.

“Ты свела меня с ума сегодня на уроке”, признается он мне в шею."

"Я обнимаю его, осмеливаясь просунуть руку под его толстовку, чтобы прикоснуться к его горячей обнаженной коже. “Как?”

“Этим чертовым леденцом. То, как ты продолжала его сосать. Ты даже не захочешь знать, с чем я представлял тебя на самом деле."" Он поднимает голову, так что его взгляд встречается с моим.

”Скажи мне, что ты хотел, чтобы я..."" Он заставляет меня замолчать своими губами, крадя еще один глубокий, пронизывающий язык поцелуй, прежде чем отстраниться, его горячее дыхание касается моего уха.

“Я представлял, как ты делаешь то же самое с моим членом”. Он прикусывает мочку моего уха, заставляя меня хныкать. Или, может быть, это просто его слова заставляют меня чувствовать себя так. Нуждающейся, беспокойной и желающей большего, чем просто его поцелуи. “Ты бы стояла передо мной на коленях и отсасывала у меня.

Облизывала бы меня, как тот леденец.”

Я никогда не думала, что захочу сделать что-то подобное, но образ, который он вкладывает в мою голову, заставляет меня пульсировать между бедер. “Ты думаешь, я была бы хороша в этом?”

“Я знаю, что ты была бы хороша”. Он переворачивает меня, так что лежит наполовину на мне, его губы на моих, целует меня так, как будто не может насытиться. Я целую его в ответ с таким же энтузиазмом, провожу рукой вверх и вниз по его пояснице, поражаясь тому, какой он гладкий. Какой теплый. Обогреватель в комнате работает на полную мощность, и мне становится жарко.

Горячее. Может быть, это как-то связано с тем фактом, что Крю лежит на мне сверху, и он горяч, как печь, я не знаю. Жаль, что я не могу снять свою толстовку. Но я не надела под нее футболку, и я не могу быть в одном бюстгальтере и леггинсах, пока мы целуемся.

Или, может быть, я могла бы…

“К черту это, я весь горю”. Крю спрыгивает с кровати и идет убавить огонь, прежде чем срывает с себя толстовку, и я обнаруживаю, что под ней нет футболки.