Магистр дьявольского культа (ЛП)

Не Мин Цзюе спросил: «Тогда почему ты не принесешь в жертву самого себя? Считаешь себя выше их? Считаешь, что чем-то отличаешься от них?»

Цзинь Гуан Яо долгое время пристально смотрел на него, а затем, словно, наконец, определился, или же отрекся от чего-либо, спокойно сказал: «Считаю».

Цзинь Гуан Яо еще выше задрал голову. На лице его читалась смесь высокомерия, спокойствия и капля скрытого умопомешательства: «Я и они, безусловно, - мы отличаемся!»

Не Мин Цзюе вспыхнул неугасимой яростью и от его слов, и от его вида.

Он поднял ногу, но Цзинь Гуан Яо не предпринял никаких попыток ни уклоняться, ни прикрываться, и ступня опустилась прямо ему на грудь.

Цзинь Гуан Яо вновь кубарем покатился с лестницы Башни Кои.

Не Мин Цзюе посмотрел вниз и выкрикнул: «Неудивительно слышать подобное от сына шлюхи!»

Цзинь Гуан Яо пересчитал своим телом более пятидесяти ступеней, и, наконец, приземлился. Однако он не стал долго лежать на земле, а почти сразу же поднялся, жестом отослал адептов и слуг, окруживших его, отряхнул одежды с «Сиянием средь снегов» на груди и медленно поднял глаза на Не Мин Цзюе. Взгляд его излучал спокойствие, едва ли не безразличие.

Не Мин Цзюе обнажил саблю, но тут из дворца вышел Лань Си Чэнь, взволнованный их долгим отсутствием и спешащий узнать, что случилось. Увидев развернувшуюся перед ним картину, он тотчас же вынул из ножен Шуо Юэ: «Что произошло между вами на этот раз?»

Цзинь Гуан Яо ответил: Ничего. Брат, премного благодарен тебе за урок».

Не Мин Цзюе воскликнул: «С дороги!»

Лань Си Чэнь сказал: «Брат, для начала вложи свою саблю в ножны – твой рассудок в смятении!»

Не Мин Цзюе ответил: «Вовсе нет.

Я отдаю себе отчет в своих действиях. Его уже ничем не спасти. А если все так и будет продолжаться, он непременно принесет несчастья в этот мир. Чем скорее его убить, тем скорее мы сможем спокойно жить дальше!»

Лань Си Чэнь замер: «Брат, что ты такое говоришь? В последнее время он только и делал, что метался между Лань Линем и Цин Хэ, а взамен получает от тебя лишь «его уже ничем не спасти»?"

"В общении с людьми, подобными Не Мин Цзюе, самым лучшим способом воздействия на них было напомнить о благодеяниях и подлостях их оппонентов: Не Мин Цзюе и в самом деле остановился и взглянул вниз на Цзинь Гуан Яо.

По лицу того ручьями стекала алая кровь, но кроме свежей ссадины от падения с лестницы, на лбу его также оказался старый шрам с прошлого раза, замотанный бинтами и изначально скрытый головным убором отшельника из легкой газовой ткани. Сейчас обе раны раскрылись, и Цзинь Гуан Яо, сорвав с головы перевязку, промокнул ей кровь, чтобы не запачкать свои одежды. Затем он бросил тряпки на землю и безмолвно застыл на месте, размышляя о неизвестном.