Магистр дьявольского культа (ЛП)

Вэй У Сянь подумал: «Потеряет лицо? Если кто в ордене Ци Шань Вэнь и способен утереть всем вам носы, так это он».

Да и строгость в голосе человека была словно в порядке вещей. Вэй У Сянь не слишком обрадовался. Он повысил голос: «Кто сказал, что он никогда не брал в руки лук? Еще как брал, и стреляет он действительно хорошо!»

Все с удивлением посмотрели на него, затем обернулись и уставились на юношу. Вэнь Цюн Линь по природе своей был довольно бледным, однако, когда взоры всех присутствующих обратились к нему, он тут же залился краской. Его черные глаза неотрывно смотрели на Вэй У Сяня.

Тот подошел, заложив руки за спину: «Разве тогда, в саду, ты не стрелял довольно хорошо?»

Вэнь Чжао тоже развернулся и с сомнением протянул: «Правда? Ты? Хорошо стреляешь? А почему я ничего об этом не слышал?»

Вэнь Цюн Линь пробормотал: «Я… Я лишь недавно начал тренироваться…»

Он не только говорил тихо, но еще и запинался. Казалось, будто его голос может в любую секунду смолкнуть, и это действительно частенько происходило. Вэнь Чжао нетерпеливо перебил: «Ну ладно, вон там есть мишень. Быстро выпусти стрелу, а мы посмотрим. Если выстрел будет хорош, тогда участвуй, если нет — проваливай».

Пространство вокруг Вэнь Цюн Линя мигом опустело. Он озирался в ожидании помощи, крепко сжимая стрелу. Увидев его неуверенность, Вэй У Сянь похлопал юношу по плечу: «Расслабься. Делай все так, как прежде».

Вэнь Цюн Линь благодарно посмотрел на него. Сделал глубокий вдох и достал лук.

К сожалению, увидев, как Вэнь Цюн Линь поднимает лук, Вэй У Сянь едва заметно покачал головой: «Ох».

Судя по всему, Вэнь Цюн Линь ни разу не стрелял в присутствии других людей. Его руки тряслись от локтей до кончиков пальцев.

Стрела отправилась в полет и даже не попала в мишень. Смотревшие со стороны адепты ордена Ци Шань Вэнь надменно засмеялись: «И где же тут хорошо?»

«Да я с закрытыми глазами лучше стреляю»."

"«Ладно-ладно, хватит тратить время. Давайте быстро выберем кого-нибудь для участия!»

Краска заливала уже не только лицо Вэнь Цюн Линя, но даже уши. Никому не нужно было его прогонять, он сбежал сам. Вэй У Сянь погнался за ним: «Эй, постой! Э-э… Цюн Линь-сюн, так? Почему ты убегаешь?»

Услышав свое имя, Вэнь Цюн Линь, наконец, остановился.

А потом повернулся, низко опустив голову. Содрогаясь от стыда с головы до ног, он прошептал: «П-простите».

Вэй У Сянь озадаченно спросил: «Почему ты просишь у меня прощения?»

Вэнь Цюн Линь виновато ответил: «Вы… вы меня рекомендовали… а я вас опозорил…»

Вэй У Сянь удивился: «И как это могло меня опозорить? Ты же еще ни разу не стрелял перед другими людьми, да? Нервничал?»

Вэнь Цюн Линь кивнул, и Вэй У Сянь продолжил: «Наберись уверенности. Позволь мне сказать правду: ты стреляешь лучше всех в своем ордене.