Сталкер (ЛП)

Как и все остальные в этом мире.

Меня ничем не пронять. Ничем.

Я не позволяю никому подойти ближе, и не позволяю себе чувствовать то, что она пытается заставить меня почувствовать своими крокодильими слезами. Я не поддаюсь эмоциям. Убийца без угрызений совести.

И все из-за нее.

Женщины... их хорошо лишь ломать.

Бросаю сигарету на пол и растаптываю ее.

— Итак... тебе тут удобно? — спрашиваю я, дразня.

— Нормально, — отвечает она. Кратко и колко, как раз, как мне нравится.

— Ты не выглядишь нормально.

— Да, вот что происходит, когда сталкер запирает тебя и убивает твоих любовников.

— А кто сказал, что я убил их обоих? Я не знаю, что случилось с Артуром.

— И тебе дважды насрать на то, чтобы выяснить, — добавляет она.

— И не поспоришь, — подмигиваю я. — Мне есть, чем заняться, извини.

— Дразнить и использовать меня. Вау, столько дел, — она делает вид, что зевает и продолжает смотреть на меня. — Скажи мне... ты получаешь наслаждение от убийства людей?

— На самом деле, да, получаю, — улыбаюсь я.

— Забавно, потому что я не таким тебя помню.

— Значит, ты ничего не помнишь, — отвечаю я, постукивая по клетке, чтобы подразнить ее. — Я всегда был жестоким придурком.

— Это я помню.

Смотрю на нее через прутья.

— Вот, что получаешь, общаясь с такими людьми, как ты.

Внезапно и она стучит по клетке.

— Это твоя вина в том, что ты стал убийцей. Не моя.

— О, да неужели? Последний раз, когда я проверял, я был не единственным убийцей в этом доме.

— Не смей снова обвинять меня.

Прищуриваюсь, хватаясь за прутья, пристально глядя ей в глаза.

— Ты знаешь, что это гребаная правда. Ты такая же убийца, как и я. По тебе, может, и не скажешь, но ты прогнила до самой сердцевины. — Я указываю себе на грудь для акцента. — Как червивое яблоко.

— Почему их нужно было убивать? Зачем?

— Кого? Твоих любовников? — произношу я, немного посмеиваясь. — Можно подумать, ты не хотела, чтобы они умерли, — рычу я. — Не надо. Мне. Лгать.

— Все дело в деньгах?

— Убийство Филиппа — да, хотя ты, вероятно, мне не поверишь, — говорю я, начиная расхаживать по комнате, задаваясь вопросом, что мне делать сейчас, когда она моя. Возможности бесконечны, но креативности у меня маловато.

— А Артур?

— Он мешал. Ему не повезло.

Сажусь на стул в углу и смотрю, как она разваливается. Мне нравится этот разговор. Он приближает ее к безумию с каждым произносимым мною словом.

Ванесса сглатывает.

— Для тебя это так легко, не так ли?

— Для тебя тоже, вот только я не вру сам себе. А ты врешь, — говорю я.

Она кривится, и я могу сказать, что она прикусывает щеки, чтобы сдержаться и не обложить меня матом. Хорошо. Она начинает понимать, что происходит, когда она меня злит.

— Артур был невиновен. Его не нужно было втягивать в это.

— Ты сама втянула его, когда поцеловала. Это было отвратительно.