Одиночка. Трилогия (ЛП)

Именно ты был в городе, видел тех людей на грузовиках, разговаривал с ними.

Она смотрела на меня, а я на нее.

– Расскажи отцу о военных. Расскажи, пока не слишком поздно. Вчера вечером он чуть не убил Даниэля. Скоро мы начнем бросаться друг на друга. Это как снежный шар: атака, зараженные, ужасная погода, другие выжившие, теперь вот ненависть… Ну пожалуйста.

– Ладно, – согласился я. – Ладно.

Столовая гудела. За ужином царило возбужденное ожидание. Люди говорили в полный голос, спорили: кто–то выдвигал очередное предположение, оно вызывало бурную реакцию, передавалось от стола к столу, потом напряжение спадало, всё, казалось, утихомиривалось, но уже через пару мгновений кто–то вновь подливал масла в огонь. Столовая была совсем не похожа на то уютное, спокойное место, где я совсем недавно так сытно и вкусно обедал: теперь все стало по–другому.

Многие хотели уйти: готовых рискнуть набиралось около двадцати пяти человек. Даниэль, видимо, решил, что очень скоро ему удастся склонить большинство на свою сторону, поэтому с его подачи люди стали укладывать вещи и припасы на тележки. С какими бы новостями ни вернулся Боб, они все равно не останутся здесь: рано или поздно, завтра или послезавтра уйдут. Они видели и слышали более чем достаточно.

Когда пожилая леди, раздававшая сок, проходила мимо нашего столика, я услышал обрывок ее фразы: «…туда, где теплее, где спокойнее, где лучше – да где угодно будет лучше, чем здесь».

Вот об этом они и драли горло, эти три вещи волновали их больше всего, только вот насколько обитатели Челси Пирс понимали, что права на ошибку у них нет, что речь на самом деле идет о жизни и смерти, что риск очень велик?

– Я по горло сыт этим городом! – заверещал какой–то парень. Я узнал его: именно он заведовал местным «арсеналом». – Он мне давно в печенках сидит! Теперь все просто, разве нет? Все зависит от нас. Наша задача – выйти и взять то, что принадлежит нам. А кто может помешать? Теперь те, другие – низшие существа, мусор, второй сорт, меньшинство. Да попадись они мне…

Я не решился сказать ему, что мы, а вовсе не они, оказались в меньшинстве. Хотелось верить, что сторонников у этого нервного типа не найдется. Ведь снаружи не выжить, если идти на поводу у гнева и мести: главное, быть настороже и в любую минуту ожидать нападения.

– К черту! К черту этот город со всеми потрохами! – орал он. Ну что ж, по крайней мере он набрался смелости, чтобы высказать главное: – Нужно убираться отсюда!

Мы с Пейдж сходили за добавкой: уж очень все было вкусно. Закончив с ужином, пошли к столу, за которым сидел Том.

– Он не станет меня слушать, – говорил ей я. – Он терпеть меня не может.

– Да, он тебя не знает, но обязательно выслушает. Он всегда готов выслушать.