Одиночка. Трилогия (ЛП)

– Вот и хорошо. Нам нужно открыть дверцы во все вольеры и подпереть их, чтобы случайно не захлопнулись. Затем – отойти, чтобы животные не боялись. Главное, не торопить их, они сами разберутся.

– Ничего сложного, – сказал я.

Фелисити грустно улыбнулась: она знала, что ответит мне Рейчел. Да в общем–то и я ожидал чего–то подобного. Нахмурившись, Рейчел сказала:

– Отпускать всегда сложно.

Мне ли об этом не знать!

Девушка подошла, положила руку на плечо – совсем не так, как Фелисити, но тоже по–доброму.

– Не в твоих силах ему помочь, Джесс.

– Наверное.

– Его не вернуть, Джесс. Сделать ничего нельзя.

Я кивнул, прекрасно понимая, что должен рассуждать именно так, как Рейчел, но почему–то мне хотелось, чтобы все было по–другому, чтобы оставалась надежда. Ведь Калеб такой же беспомощный, как эти звери в клетках."

"– Я серьезно, Джесс! – громко сказала Рейчел и крепко обняла меня, чтобы я пришел в себя и слушал ее. – Не разрушай себя изнутри, не надо.

– Хорошо.

Рейчел разжала руки и дотронулась до моего лица.

– Хорошо. Просто я не думал, что прощаться с городом окажется так тяжело…

Мы стояли на верхней ступеньке лестницы. Перед нами раскинулся засыпанный снегом зоопарк.

Фелисити заговорила:

– У меня брат в военной авиации…

– Он медик, да?

– Да. Когда он уезжал в Ирак, это было самое тяжелое прощание в моей жизни. Но все кончилось хорошо: он вернулся, мы вместе пережили все трудности. Чему быть, того не миновать. Нужно жить дальше.

– Ладно, – произнес я.

Фелисити кивнула.

– Многие звери приспособятся. У них сохранились инстинкты, они не дадут себя в обиду. – Слова Фелисити были адресованы Рейчел, и я вновь почувствовал себя лишним. – Уверена, что у тебя хватит сил?

– Да! – ответила Рейчел и обняла нас обоих. – Я оставляю их со спокойной душой. Пожалуй, только к лучшему, что времени мало, а то я бы стала раздумывать, колебаться…

– Тогда за дело, – сказала Фелисити, и мы принялись выполнять гнетущую работу: почти так же мы чувствовали себя, когда хоронили барсов. – Нужно дать животным шанс.

Только в этот момент я понял, сколько мы пережили вместе как настоящие друзья. Рейчел было ничуть не легче бросать своих питомцев, чем мне – Калеба. А ведь однажды, если «однажды» когда–нибудь наступит, мне предстоит рассказывать обо всем этом «мозгоправу». Только представьте себе: сижу на кушетке в приемной всезнающего психотерапевта и делюсь своими переживаниями в этот момент. А что? Это будет просто шикарно, замечательно, потому что все останется позади. Это будет самый счастливый день в моей жизни!

23

Когда мы закончили открывать вольеры, я поднялся наверх и уселся на край своей бывшей постели. На столе лежала огромная, вся в пометках, карта Манхэттена: я гадал, куда мог направиться Калеб, продумывал маршруты.