Алмаз Темной Крепости (ЛП)

Это была долгая и тяжелая прогулка. Дун прыгал и хромал, каждые несколько шагов останавливался, чтобы отдохнуть от боли. Они, наконец, подошли ко входу в пещеру, но Лина повернула и повела Дуна через чащу деревьев к комнате Мэггс, которую та показала ей. Она хотела увидеть ее снова, в этом у нее не было сомнений.

— Здесь была книга, — сказала она. — Та, которую ты купил у бродяги. Это здесь они нашли ее. — Комната выглядела так же, когда Лина видела ее прежде — ровные стены, перевернутый стол, немного сухих листьев, рассеянных по полу.

Дун огляделся. Лина думала, что он будет рад, но он выглядел слишком усталым, чтобы заинтересоваться.

Она расстелила одеяло, и она сели. — Те волки, — сказала Лина. — Они напугали меня до мозга костей.

— Они были голодны, — сказал Дун.

— Да. Я думаю от меня пахло овцами.

— Досих пор есть какой-то запах овец, — согласился Дун. Тут Лина рассказала про Мэггс — что она была и бродягой, пришедшей из Искры, и пастухом, с которой она пряталась от дождя прошлой ночью, и также сестрой Трогга, которая доставляла еду его семье.

— Ягненок, — сказал Дун. — Мы ели его прошлой ночью. — Он рассказал Лине, как увидел ее хитрое послание и как освободился, узнав, что она в безопасности.

— Ты завтракал этим утром? — спросила у него Лина.

— Нет, — сказал Дун. — Я не спал всю ночь. Многое произошло. Я расскажу тебе.

— Да, — согласилась Лина. — Мы поедим и поговорим. — Она достала еду, которую дала Мэггс из рюкзака. — Вот, — сказала она, подавая немного засохшего сыра, моркови и крекеров. — Это странная еда, но на вкус ничего.

Так Дун и Лина поели, и он рассказал ей, что произошло — как он украл ключ у Минни, как Скавго помог ему сбежать, и как отключил питание Эмбера и запер Троггов в Трубах."

"Лина волновалась за что-то в его голосе — был печальный, безнадежный тон, так не похожий на него. — Ты боишься, что Трогг может вернуться за тобой? — спросила она.

— Может, — согласился он. — Но если придет, я скажу ему правду: что я отключил генератор, и не будет больше воды, текущей по трубам. И не будет больше света от ламп. Он узнает, что больше не будет у него крепости для защиты.

— Но он будет в бешенстве от этого? И, возможно, попытается как-то наказать тебя?

— Он будет в ярости, но, думаю, на самом деле, не причинит мне вреда. Пока… — Дун затих. — Мы услышим голоса или шаги, — сказал он, — и закроем дверь комнаты, если узнаем что-то.

Но сейчас они оставили дверь открытой. День блеснул снаружи, и они могли видеть солнечный свет, проникающий через ветви деревьев и слышать первое щебетание птиц.

— Мы останемся здесь сегодня и на ночь, — сказала Лина. — Завтра, уверена, твоей ноге станет лучше, и мы пойдем домой. Все будет хорошо.

Дун слегка кивнул, глядя в воздух.— Правда, — сказала Лина.