Сводный брат монстр (ЛП)
Его темная одержимость лежит слишком глубоко. Как девушка, которая является драгоценной куколкой для своего отца, может ощущать себя, словно грязная шлюха? Ранее. Когда мой отец повторно женился, все в моей жизни пошло не так … она усложнилась. Мой новый сводный брат оказался монстром, который просто на дух меня не переносит. Неприемлемость, контроль и его наглость, превратили мою жизнь в ад. Шантажируя меня теми вещами, которые я никогда не делала. Неправильными вещами. У Оливера Кинга имеются правила. Он трахает меня: когда он хочет, как он хочет и где он хочет. Мой разум кричит, что это не правильно, но я не могу сопротивляться своим скрытым желаниям. Я его одержимость, его игрушка, его основное удовольствие. Он никогда не отпустит меня. Я его темная одержимость. Мое грязное пристрастье к моему сводному брату, становиться настолько же опасным, как и его ко мне. Больна ли я этим мужчиной, который сделал меня своей шлюхой? Или же я должна бежать как можно дальше от него? Меня зовут Мая Чайлдс и это моя история. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ! Темная эротическая новелла, содержащая слишком впечатлительный сюжет, который может заставить читателя почувствовать себя неудобно. Для лиц старше 18 лет. Содержит нецензурную лексику, описание сексуальных сцен и насилие.
"
"Как будто мне было мало всего этого, так еще отец и Джерард появились на кухне. У нас что, ужин должен проходить на кухне, а я об этом не знаю? Папина рука находилась на плече у Джерарда, словно он был его потерянным сыном, а теперь они встретились, умиление просто.
— Пап, я начала печь эти пирожные, когда еще была в старшей школе. Джерард их уже пробовал, — сказала я, раздражение начало брать надо мной верх.
— Да, я пробовал ее сладкие пирожные, — Джерард сказал это со злой улыбкой на лице. — И могу сказать, что они были самыми сладкими, чем я когда-либо пробовал.
Все становилось только хуже. Вернувшись в гостиную, Джерард сел возле меня. Не то, чтобы Оливер когда-нибудь сидел возле меня раньше, но мой папочка делал все для того, чтобы он чувствовал себя неудобно.
Оливер сидел напротив меня, его лицо не выражало никаких эмоций, но в его потемневших глазах бурлил ураган. Его аппетит, судя по всему, пропал, он в основном водил по своей тарелке вилкой, делая вид, что ест. Я старалась изо всех сил избежать его взгляда, потому что в нем читалось обвинение, с меня и так хватило этого дерьма.
Чьи-то ноги под столом прикоснулись к моим. Я пыталась держать себя в руках и не вскочить с места. Угадайте, кто это был? Да, мой сводный братик — спросите, как я узнала, это было легко, я просто заметила, как уголки его губ поползли вверх. Это был точно не Джерард, потому что он был занят, распевая всем, кто слушал его, свои дифирамбы.
Глаза Оливера смягчились, он мне улыбнулся, от этого в уголках его глаз появились морщинки. Я перестала дышать. Впервые я увидела его уязвимость.
В этот самый момент все вокруг перестало казаться важным. Нас было только двое в этой комнате. Все остальное будто — мешало. Все, что имело значение для меня, это его глаза, смотрящие в мои, взгляд был настолько пристальным, что мне казалось он смотрел мне в самую душу. Мое тело начало покалывать.
Я чувствовала себя живой. Желанной.
Даже, если он и не сказал ни слова.

















