Сводный брат монстр (ЛП)

— Ты о чем?

— С того дня у бассейна, с того самого момента я почувствовал к тебе притяжение. Ты притягивала меня как какой-то долбаный магнит.

— Я… что делала?

Он приподнял своим пальцем мой подбородок и наклонился поближе ко мне.

— Я все это время ждал, пока ты станешь взрослой. Я уехал, потому что желал тебя, и если бы я этого не сделал, я бы просто тебя трахнул.

— Что?

— Ты слышала меня. Я чертовски одержим тобой, с того самого момента как эти прелестные сиськи выросли. Я хочу тебя. Я страстно желаю тебя. И теперь… наконец-то… Я владею тобой.

Глава 22

Мая

Нас было всего двое, папа и я, пока я была ребенком. Я никогда не знала свою мать, которая покончила жизнь самоубийством, когда мне было одиннадцать месяцев. Папа сказал мне, что ее забрали на небо «голубоглазые ангелочки, которые любят блюз». В то время я не понимала значения этих слов, но это не казалось таким уж плохим, если, конечно же, не касалось музыки. Я любила музыку, к тому же папа слушал блюз, поэтому я думаю, что слушая музыку, он думал о ней — это было видно по его, всегда задумчивому взгляду устремлённому куда-то вдаль.

Представьте какого было мое удивление, после того как я узнаю, что она вскрыла себе вены из-за меня. Я была той причиной, из-за которой она не захотела жить. Это из-за меня она умерла, потому что не хотела всего этого. Я прочитала об этом в Google. Куинн мне помогала разбираться во всем.

Все то время, пока я росла, меня все больше привлекали самоубийства и острые предметы. Мне всегда хотелось почувствовать, какого ощущать ту боль, которую чувствовала моя мама. Вся ее жизнь — это сплошные страдания. Возможно, я почувствую то же самое, через что прошла она, и стану немножечко ближе к ней.

Я никогда не доберусь до истины. Меган Чайлдс останется для меня самой большой загадкой.

Мою плоть пронзала боль, иногда даже была видна кровь, но я никогда не чувствовала, что становлюсь ближе к ней. Каждый раз, я пыталась сделать порез глубже, чтобы ощутить ту же агонию что и она. Ведь если бы я не родилась на свет, то она бы была бы жива.

Что насчет папы? У него была Лариса, я до сих пор ловила его взгляд, который был наполнен грустью, когда он думал, что его никто не замечал. Я делала это, потому что это напоминало мне о прошлом.

— Принцесса Мая, ты так быстро растешь. С каждым годом ты становишься, все больше похожая на свою мать… это немного пугает.

Я видела эту боль в его глазах, когда он внезапно начинал тереть свою грудь. Мне хотелось забрать эту боль собой. Изменить свою дурацкую внешность. Я только всем этим причиняла своему самому любимому человеку на этой земле ужасную боль, которая съедала его изнутри.

Я всегда была для своего папы «принцессой Маей». Но все изменилось после моего тринадцатого дня рождения, когда он перестал смотреть на меня.