Попала, или Кто кого

— Я тебе уже говорил и повторюсь — я не издеваюсь. Все просто, Светка, мне нравится наблюдать за твоими эмоциями. Их не купить ни за какие деньги, и да, меня это забавляет, жутко возбуждает и привлекает.

— Поцелуй меня, — неожиданно для самой себя произношу я. Проходит несколько секунд, прежде чем я поднимаю голову и всматриваюсь в его губы. Его бездействие раздражает, и я начинаю нервничать. Кирилл меня дразнит, хуже всего, что я это понимаю, но ведусь.

Закрываю глаза, не зная куда себя деть, и глубоко вдохнув, мысленно считаю до пяти. Не поцелует — значит не будет никакого секса. И вообще ничего не будет. На третьей секунде… нет, он не поцеловал меня, а дразняще начал обводить большим пальцем мои губы. Вроде бы, нет здесь ничего такого, мы занимались куда более откровенными вещами, но почему-то сейчас от, казалось бы, таких простых прикосновений его пальцев, возникает ощущение, что у меня вспыхивает кожа. Чувствую его горячее дыхание и наконец его теплые губы касаются моих. Медленно и осторожно. Так медленно, что мне хочется его ударить или прикусить губу. Каким-то чудом я не делаю ни того, ни другого. Совладав со своими эмоциями, я сама отстраняюсь от него и переведя дыхание задаю интересующий меня вопрос.

— Почему ты так целуешь меня сейчас?

— Как?

— Как будто мне пять лет, — выдаю я, не скрывая недовольство.

— А ты как хочешь, чтобы я целовал?

— Ты знаешь как.

— Не знаю, скажи.

— Знаешь что… мне надоело.

Делаю шаг в сторону, на что Кирилл проделывает тоже самое, и фактически перегородив мне дорогу, обхватывает обеими руками за талию.

— Знаю, — с легкостью приподнимает меня, словно я ничего не вешу, и усаживает на стол. — Ты хочешь, чтобы я целовал тебя на все твои законные двадцать лет и один год.

Усмехается и прижимается к моим губам плотнее, снова дразнит отстраняясь и проводит по ним языком. Тут же прикусывает мою нижнюю губу. Не больно, скорее приятно. Что-то в этом определенно есть. А в следующую секунду Кирилл наконец-то срывается и углубляет поцелуй. Обхватываю его лицо ладонями, и сама с неменьшим упоением целую его в ответ. Запоздало приходит мысль, что я опять нахожусь на какой-то поверхности. Не комод, так стол. Вопиющая наглость. Усмехаюсь Кириллу в губы и только хочу немного перевести дыхание, как он резко отстраняется от меня.

— Я надела твое белье, — не зная, как реагировать на его действия, брякнула не подумав. — В смысле, тобой подаренное белье, — быстро исправляюсь, осознав, что только что сморозила редкостную чушь. — Почему ты остановился? — не надо быть опытной мадам, чтобы понять, что сейчас Волков о чем-то думает и, кажется, вообще не хочет продолжать.