Попала, или Кто кого

Я просто других не знаю, но думаю там все виды, вот и соединил тех, которых знаю. А ты еще меня мелком обводила, ну-ну.

— И после этого я должна говорить, что мне пришло в голову? Ну знаешь ли… это, ай, все.

— Знаю. Жги. Пусть выходят потихоньку через уши, я как раз сейчас окошко открою, ты их сразу выбросишь. Ну давай, мне же самому интересно, — вновь поворачиваюсь к Кириллу, который вместо того, чтобы смотреть на дорогу пялится на меня, при этом даже не скрывает улыбки.

— Сколько женщин у тебя было?

— Не знаю. Штук пятнадцать, наверное, ну может чуть больше. Я не считал, если честно, — вполне серьезно произносит Волков, подмигивая мне. — Почему-то мне кажется, что ты не это хотела спросить.

— Это тоже хотела. Мне вот интересно, ты работаешь в одной больнице с женщиной, с которой встречался приличное время и видел ее голой. Как вы можете дружить, после того как видели друг друга голыми?

Ну собственно, как и ожидалось, вместо ответа — Волков начинает ржать. Знала же, что такую чушь надо оставить при себе, но с другой стороны почему я должна молчать?

— Рада повеселить.

— Ой, а я как рад. Ты же мне жизнь продлеваешь, вот без шуток."

"— И все же. Вы сидите каждый день в конференц-зале, наверняка в нескольких метрах друг от друга, потому что она к тебе явно не ровно дышит, и смотрите друг на друга. А ведь вы были голыми и занимались сексом. Это так странно.

— Что именно?

— Делать вид, что ничего не было, когда как вы побывали друг в друге.

— По мне, куда более странно об этом думать. Все просто, Света — это жизнь. Я не представляю ее голой, когда встречаю. И не думаю о том, как мы трахались. Возможно, если бы я ее любил или что-то испытывал, то одинокими вечерами вспоминал о ее великолепном теле и бла бла бла. Но я о ней уже не думаю, как о женщине, поэтому никакого напряга нет.

— Ясно.

— Не знаю, что там тебе еще ясно. Но ты же еще что-то хочешь спросить или обсудить.

— Да вот думаю, когда ты сдашься.

— В каком смысле?

— В прямом. Ты сдерживаешься. Я это точно знаю.

— Ну все сдерживаются, если чем-то дорожат. Я вот терплю твои загоны, но не теряю надежды, что мы от них избавимся, чего уж лукавить.

— Ты не понял меня. Я про секс.

— Ммм… о чем именно?

— Тебе хочется по-другому. Я чувствую.

— Что ты чувствуешь? — с улыбкой интересуется он, переводя взгляд с дороги на меня.

— Что ты со мной возишься, а самому хочется…

— Что?

— Твое любимое слово, я не хочу это произносить вслух.

— Ммм… Светлана Васильевна, да роди ты уже, что я хочу с тобой сделать?

— Ты сам знаешь что.

— Нет, не знаю. Увы, познать твой мозг мне все же не дано.

— Трахнуть. Ты хочешь меня трахнуть, так понятно?! — несдержанно бросаю я, глядя на то, как Кирилл улыбается. Ну какой же гад.

— Конечно, понятно и, конечно, хочу. Но всему свое время.