Попала, или Кто кого

Знаешь, я тебе именно поэтому отращивала длинные волосы, чтобы никакого каре как у этих двух, никакой косметики, другая одежда, другое воспитание, все другое. Я так хотела, чтобы ты была другой. Я их ненавидела, ненавижу, и до конца своих дней буду ненавидеть. Это не излечится таблетками. Это внутри меня сидит. Я ими отравленная. И тебя отравила.

— Затравила, — ничуть не задумываясь, добавляю я.

— И это тоже. Я понимаю, что в это сложно поверить, но тебя я не ненавижу, я люблю тебя. Ты единственное, что осталось от моего сына. Да, вот так странно, но люблю. Все эти недели не было ни дня, чтобы я не думала о тебе. Я боролась с собой. Думала все остынет, уляжется. Но никак я не думала, что ты найдешь себе… того, кого нашла.

Может в этом есть определенный плюс. И не уживемся мы не потому что я тебя не приму, а потому что я тебя в итоге добью. Неосознанно, но добью. Так что может и к лучшему, что так все сложилось. Вдруг тебя реально ждет счастье с этим врачом.

— И ты мне типа желаешь это счастье?

— Ты думаешь обо мне хуже, чем я есть, Света. Я тебе никогда не желала плохого. Знаешь, я так устала. Выжита как лимон. Никогда не понимала этого выражения. Нет, конечно, оно понятно, вот только не представляла, что такое может быть на самом деле. Наверное, твой доктор прав — мне не хватает подпитки. Видимо, я и вправду вампир, — усмехается, смотря мне в глаза, и тянет руку к моим волосам. — У меня же теперь нет перед глазами ни одного упоминания об этих двух, — не прекращая смеяться, выдает бабушка. — На тебе не срываюсь, вот и хандрю. Свет?

— Что?

— Я тебя об одном прошу — не стриги волосы. А если уж соберешься, то не под каре.

— Иначе что? Умрешь от разочарования?

— Господь с тобой. У меня длиннющая линия жизни. Я пережила стольких тварей и потерь, что буду жить этак лет до ста. И правнуков своих застану, если родишь, конечно. И да, лучше мальчика рожай.

— Может быть что-нибудь еще?

— Может быть — да. Не переусердствуй с любовью.

— Ты сейчас вообще о чем?

— Не растворяйся в мужчине, это может плохо закончиться, — привстает с кровати, и я встаю следом за ней. — Пожалуй, мне уже пора, — она неожиданно тянется к моему лицу и целует в щеку. — Еще увидимся. Когда захочешь. Точнее, если захочешь, — быстро добавляет она, завязывая шарфик на шее.

И больше не смотря на меня, идет на выход. Надевает обувь и, кивнув мне, молча, выходит из квартиры. Стою как вкопанная, гипнотизируя взглядом дверь, и не могу понять, как так получилось, что сейчас мне от чего-то жаль бабушку. Да, именно жаль.

— Ну, я же говорил не шлюха, — поворачиваюсь на насмешливый голос Кирилла.

— Очень уместное замечание.

— Конечно, уместное, иди сюда, ущербная моя, — притягивает к себе, обнимая за талию и целует в макушку.