Сердце дракона. Том 5

Они коснулись его шеста и разлетелись черными брызгами, которые тут же сформировали две обезьянье лапы. Именно на них и приходились удары выросших песчаных сабель.

– Долго… не… удержу… – сквозь зубы процедил Эйнен.

– Слушаем меня! – рыкнул Хаджар. За время путешествия он еще не растратил свои генеральские навыки, так что даже Рамухан проникся и приосанился. – огонь и молнии вредят этой тваре, чего не скажешь о моем мече. Так что поступаем вот как…

Когда Хаджар уже собирался озвучить свой план, град ударов Духа вдруг остановился. Тот замер, а затем прикоснулся к соседнему бархану.

– Высокое Небо, – выдохнул Хаджар.

Теперь перед ними стоял уже не одна, а две песчаные твари.

Глава 384

Еще до того, как оба Духа успели атаковать, Хаджар взмахнул клинком. Он представил, к ак темный меч внутри его души присоединяется к реальному. В тот же миг с Горного Ветра начали слетать лоскуты черного тумана.

Вытянув из ядра четверть запаса, хаджар представил как на грудь одной из песчаных, закутанных в синий шелк тварей опускается два осенних листа.

– Падающий лист!

Взмахи Хаджара были настолько быстры, что рука и меч превратились в размазанные полосы.

С клинка сорвались два призрачных, сине-черных дракона. Внутри каждого из них блестел еле видимый глазу клинок – копия Горного Ветра.

– Тилис! – выкрикнул Хаджар.

Но ведьме не нужно было говорить, что делать. После предыдущего провала, каждый задвинул свою гордость на второй план. Перед лицом гибели они думали о том, как выжить, а не о том, как бы выставить себя центром вселенной.

Тилис провела жезлом по воздуху, выписывая небольшой, но яркий узор. Она выкрикнула что-то на неизвестном языке и из иероглифа вылетел буран.

Не такой, как у Ольгерда, а более… жестокий и холодный.

Он окутал двух драконов-мечей, оставаясь на них ледяной броней.

Еще до того, как буран превратился в ледяную броню, за дело взялись Кариса и Рамухан. Первая вновь призвала огненные тени. Только на этот раз их было в три раза больше, да и сами они вместо балахонов носили легкую, кожанную броню. То, что раньше выглядело тенями, теперь предстало в образе размытых человеческих силуэтов.

Рамухан же, направив жезл в небо, буквально впал в транс.

Его глаза закатились, а из белков выстреливали искры. Он вновь призвал Шторм Агниса. Недавнее облако обернулось грозовой тучей, а ударившие из неё молнии сплелись в огромное копье.

– Танец Обезьяны!

Эйнен впервые использовал эту технику. Обычно все его атаки дальнего боя ограничивались “скалистым берегом”, так что произошедшее стало для Хаджара немалым сюрпризом.

Одна из теней буквально выскользнула из-под его ног. Она росла, уплотнялась, приобретая очертания человеко-подобной обезьяны.