Дорогой сводный брат (ЛП)

Он прищурился.

— Что конкретно тебе сказала Челси?

— Ты думал обо мне? Из — за этого не смог достичь оргазма в ту ночь?

По вполне понятным причинам, Элек выглядел потрясённым. Я и сама до сих пор не понимала, почему Челси поделилась этим со мной.

Потому что доверяла, а не следовало бы.

Я жалела о сказанном, но было слишком поздно.

Элек, молча, смотрел на меня, но, казалось, собирался что-то сказать.

— Я хочу знать правду, — произнесла я.

Выражение его лица изменилось, став злым, словно парень проиграл сражение с самим собой.

— Ты хочешь правду?! Правда в том, что занимаясь сексом со своей девушкой, я мог видеть перед собой только тебя.

Элек сделал несколько шагов в мою сторону, и я шагнула назад, тогда как он продолжил:

— Правда в том, что в тот вечер я закрылся в душе и единственным способом закончить начатое, было представить, как кончаю на твою прелестную шею.

Я прижалась спиной к стенке лифта, а он упёрся ладонями по обе стороны от меня.

— Хочешь ещё? Сегодня, на свадьбе её сестры я собирался сделать Челси предложение. В этот самый момент, я должен был быть помолвлен, но вместо этого, нахожусь в лифте, борясь с диким желанием развернуть тебя лицом к стене и трахнуть так, чтобы потом пришлось нести тебя в номер на руках.

Моё сердце стучало, как бешеное. И не ясно, что из сказанного, поражало сильнее всего.

Элек опустил руки и когда снова заговорил, его голос звучал низко.

— Всё что я знал и в чём, как мне казалось, был уверен, за последние 48 часов перевернулось с ног на голову. Я запутался и, на хрен, не знаю, что с этим делать. Вот какова правда.

Он нажал кнопку, и лифт продолжил своё движение к 22 этажу.

Элек собирался сделать Челси предложение.

До меня постепенно доходил смысл его слов. Какое жестокое разочарование; как же глубоко я заблуждалась на свой счёт всё это время."

"Когда лифт открылся и мы вышли в коридор, я сказала, что не хочу больше говорить, и сославшись на желание побыть одной, без единого слова ретировалась в свой номер. Он не стал возражать.

Я сожалела о столь резком окончании вечера, хотя совершенно четко понимала, оставаться рядом с ним, пусть даже ненадолго, было бы опасно. Завтра у Элека самолёт и разбираться со всеми этими чувствами, просто-напросто, не было времени.

Завернувшись в простынь, я забралась в постель, чувствуя себя опустошенной и разбитой столь неожиданной новостью о помолвке, но всё ещё испытывая болезненное возбуждение от другого его признания. Я знала точно — сегодня мне не удастся уснуть.

Спустя полчаса я ощутила дежавю, взглянув на красный, действующий на нервы циферблат электронного будильника.

Во втором часу ночи на моём телефоне раздался сигнал о входящем сообщении.

«Если сегодня я постучусь в твою дверь, не открывай.