Эффект Грэхема (ЛП)

— Что? С какой стати ему это делать?

— Он подумал, что я пригласил его девушку заняться сексом.

— Я вообще хочу это знать?

Райдер пожимает плечами.

— Я позвал Дарби, потому что мне нужен был совет, как заставить тебя перестать меня ненавидеть.

Я знаю, что не должна смеяться, но смеюсь. Его грубоватое, застенчивое признание мгновенно согревает меня. Боже, этот мужчина.

— И я думаю, что понял. — Еще одно пожатие плечами. — Я надеялся, что мы сможем поговорить. По-настоящему.

Потная и липкая от пробежки, я расстегиваю толстовку и делаю шаг в свою комнату.

— Не возражаешь, если я сначала приму душ?

— Да, конечно.

Я подожду.

Мгновение спустя я опускаю голову под горячую воду и позволяю ей омыть меня. Я думаю обо всем, что хочу ему сказать. Все, что было у меня на уме последние несколько дней.

Хочу ли я, чтобы мы продолжали?

Есть ли вообще в этом смысл?

Потому что я не могу поддерживать отношения с кем-то, кто замыкается в себе. С кем-то, кто не впускает меня.

Но потом я думаю о том, как приятно вызывать у него улыбку. Как трепещет мое сердце, когда он смеется. То, как он слушает меня и не выказывает никакого осуждения, только принятие.

Я быстро вытираюсь и надеваю фланелевые брюки и худи. Это наименее сексуальный наряд на свете, но то, как он восхищается мной, когда я выхожу, заставляет меня чувствовать себя такой глупо красивой.

Я сажусь рядом с ним, подтягиваю колени и обнимаю их.

— Моего отца зовут Люк.

Это совсем не то, что я ожидала услышать.

Я хмурю бровь, глядя на него.

— И?

— Моя мама назвала меня в его честь.

— Так ты Люк Младший?

— Не совсем. У меня нет его фамилии. Они не были женаты, так что Райдер — девичья фамилия моей матери. — Он выглядит больным.

— Я рад, что у меня нет обоих его имен. Господи. Тогда от этого вообще не было бы спасения. По крайней мере, у меня есть Райдер.

— Почему тебе нужно избегать этого? Ты не близок со своим отцом?

— Он выстрелил моей матери в голову и убил ее.

Меня охватывает шок.

Я совершенно не подготовлена и понятия не имею, как реагировать.

Я таращусь на него, моргая. Пока я не понимаю, что он только что поделился чем-то настолько глубоко личным и душераздирающим, а я здесь пялюсь на него как идиотка.

— Ч-что? — Я запинаюсь. Опять же, не самый вразумительный ответ.

Но, по крайней мере, теперь мой голос работает. — Твой отец убил твою маму?

Райдер кивает.

— Сколько тебе было лет, когда это случилось? Ты...? — Я замолкаю.

Мой мозг не может этого постичь. Он буквально не может вместить тот факт, что мать Райдера была убита его собственным отцом."

"— Мне было шесть. И да, я видел, как это произошло.

Я беру его за руку и нахожу ее холодной. Я переплетаю наши пальцы, наполняя его теплом, побуждая его продолжать.

Его взгляд становится напряженным. Черты лица искажены болью.