Эффект Грэхема (ЛП)

— Вот такая у тебя сейчас компания, когда ты на Восточном побережье? Супермодели? — Он громко стонет, признательность разгорается в его глазах, когда он переводит взгляд с меня на Алекс.

Можете назвать меня поверхностной стервой, но мне нравится быть включенной в категорию супермодели."

"— Что происходит? — Хрипло спрашивает Райдер. — Я даже не знал, что ты в городе.

— Я не знал, что ты в городе, возражает Оуэн. — Что ты делаешь на Манхэттене? Ты сказал, что проводишь праздники с другом в Бостоне.

Райдер берет меня за руку. Притягивает к себе.

— Да, это мой друг. — Он делает паузу. — Вообще-то, девушка.

— Хорошо выкрутился, — говорю я ему.

Посмеиваясь, Оуэн смотрит на наши соединенные руки.

— Господи, Люк, ты многое от меня скрывал. У нас теперь есть девушка?

Райдер пожимает плечами.

— Я Джиджи, — говорю я, протягивая свободную руку. — Приятно познакомиться. И ты, очевидно, уже знаешь Алекс.

— Оуэн, — говорит он.

Он все еще внимательно изучает меня, как будто мое присутствие в жизни Райдера его озадачивает. И когда эти голубые глаза останавливаются на моем лице, странное чувство охватывает меня, потому что я понимаю, что они точно такого же оттенка, как у Райдера. Не думаю, что я когда-либо была в одном обществе с двумя парнями с одинаковыми темно-сапфировыми глазами.

Подозрение, которое щекочет мне мозг, подтверждается, когда Оуэн приподнимает бровь и спрашивает:

— И давно ты встречаешься с моим братом?

ГЛАВА СОРОК ЧЕТВЕРТАЯ

РАЙДЕР

Я хочу быть ее героем

— Оуэн МакКей — твой брат.

Джиджи произносит короткие, недовольные слова, когда мы тащим наши измученные задницы в гостиничный номер около трех часов ночи. Мы проведем ночь в номере ее кузины-супермодели. В пентхаусе, конечно же.

Я ждал, что она что-нибудь скажет, но я рад, что до сих пор ей удавалось держать себя в руках. После того, как Оуэн сбросил свою бомбу, я мог сказать, что у нее все еще был миллион вопросов. Но мы никак не могли даже немного поговорить, не говоря уже о том, чтобы завязывать серьезный разговор, под оглушительную музыку в ночном клубе в канун Нового года. Я почувствовал облегчение, когда она не стала настаивать, но знал, что она всего лишь выжидает удобного момента. Остаток ночи она провела, бросая тревожные взгляды то на Оуэна, то на меня.

Ну, не всю ночь. Мы также провели приличное количество времени на танцполе. Я не столько танцевал, сколько позволял ей тереться об меня, пока часы не пробили полночь, а потом мы целовались на танцполе в окружении супермоделей, профессиональных спортсменов и рэпера по имени Визза.

Дикая ночь.

Потом мы забрались в личную машину Алекс, включая Оуэна.