Джамп
Выйдя в космос, человечество установило контакт с Конклавом – объединением разумных существ, стоящих на разных ступенях развития. Сильные расы, управляющие Конклавом, поручают Слабым лишь самые незначительные операции, и именно эта незавидная роль досталась землянам.Молодой пилот Пётр Хрумов случайно ввязывается в заговор, целью которого является пересмотр условий взаимодействия в Конклаве. Расстановка сил не в нашу пользу.Джамп – уникальная способность перемещаться между мирами – единственное преимущество землян перед инопланетянами…
Мы же сверили генную карту! Оба анализа оказались правильными, отвечающими твоему генотипу!
– Тело могли скопировать, – предположил я.
– Второй довод против! Мы провели полную ментоскопию твоего мозга. Да, ты ничего не помнишь о прошлом! Но словарный запас – это именно твой запас! Ты знаешь то, что должен знать! И чужой памяти в тебе нет! Зачем засылать регрессора, который не знает своего задания? Это же бессмысленно! А мы обшарили весь мозг, все его уголки. Чисто!
– А третий довод? – спросил я. Прямо-таки с мстительным желанием навредить себе самому!
– Мы.
Я закрыл глаза. Спасибо, Катти. Спасибо за эти слова. Может быть, они и есть самый главный довод. То, что меня успокоит.
– He-дружественный регрессор должен быть такой копией Никки… морально-этической копией… что это просто невозможно.
– Спасибо, Катти… – прошептал я.
– Абсолютно бесспорные доводы, – сказал Таг. – Вот мне, специалисту по иным расам, веришь?
– Верю.
– Конечно, если брать все как абстрактную гипотезу… – Таг сладко зажмурился. – Нет, я мог бы попробовать найти возражения.
Тишина вернулась.
– Сделай это, Таг, – попросил я. – Попытайся понять, могу ли я быть чужим регрессором. Если найдешь такую возможность – подумай, как проверить. В этом случае меня надо немедленно изолировать от общества и разрабатывать меры противодействия.
– А вот эти твои слова, Ник, – сказала Катти, – последнее доказательство. Может быть, ему Мировой Совет не поверит. Но я – поверю. Ты наш Никки. Умник Никки, Никки Непоседа, Никки Перестраховщик. Не бойся ничего!"
"– Не верь, не бойся, не проси, – сказал я.
Баня была не одним зданием, а целым комплексом – круглые павильоны, из-за непомерной высоты казавшиеся скорее башнями, сросшиеся боками трехгранные пирамиды, в центре – исполинское кубическое сооружение из снежно-белого камня. Пространство между зданиями так густо заросло зеленью, что казалось бы давно заброшенным, если бы не тропинки, ведущие в глубь комплекса. Мы оставили машину у дороги и пошли по одной из тропинок, ныряя под эстакады и галереи, связывающие здания друг с другом затейливой сетью.
Сквозь ворота с тепловой завесой мы прошли в обширный сумрачный зал. На пороге я на миг остановился.
Да, ложный образ поведения придется менять.
Здесь было, наверное, с сотню людей. Мужчин и женщин, обнаженных, раздевающихся и полуодетых. Кто-то пришел, кто-то уходил.

















