Джамп

Почему-то вспомнились слова куалькуа. «Доброжелательный и хороший».

– Петя. – Данилов остановился в паре шагов от меня. Тоже покосился на экраны – ему явно было не по себе от гравитации в шаттле, который находился в свободном полете. – Петя, давай решим, что мы собираемся делать.

– Ты о чем?

– Не всерьез же ты решил отправиться к Ядру?

Маша повернулась и уставилась на нас. Рептилоид – сейчас его телом явно управлял Карел – спрыгнул с кресла, разинул было пасть, но промолчал.

– Саша, ты чего?"

"– У нас плазменные движки алари. Корабль Чужих – технология, превосходящая доступную Конклаву.

И он способен самовоспроизводиться. У нас образцы оружия этих… безумных мышей. Какого дьявола нам гибнуть?

Может быть, «доброжелательный и хороший» – синоним слова «наивный»?

– Петр, ты все сделал великолепно, – продолжал Данилов, явно ободренный моим молчанием. – Через несколько недель в Галактике заварится такая каша… наличие у Земли новой технологии может оказаться решающим. С кем бы мы ни пошли – с геометрами или с Конклавом, – это изменит всю нашу судьбу. И твои действия… не думай, что о них забудут.

Ты человек, который поможет Земле шагнуть в будущее. Изменит все! Ты уже герой. Все, что мы натворили, – ерунда. Речь пойдет не о наказании, о поощрении.

Он опять неловко заулыбался.

– Придется собрать сессию ООН, чтобы придумать тебе достойную награду…

Где-то по груди у меня забегали холодные мурашки. А еще стало холодно и противно. Как помоями облили.

– Вера и любовь… – сказал я.

– Что?

– Вера и любовь помогут мне. Так отвечают офицеры-алари на напутствие командующего.

В глазах Данилова что-то изменилось. Только что в них были смущение и вина.

Как у шкодливого мальчишки, подбивающего примерного ученика прогулять уроки и попробовать спиртного. Теперь в них было лишь брезгливое презрение.

– Ты что, и впрямь принял все это всерьез? Петя, да алари и пикнуть не посмеют, что мы увели эту технологию! У них самих рыльце в пушку!

– А ты спроси мнение Карела.

Не отводя от меня взгляда, Данилов спросил:

– Карел, ты сам расценивал предложение Петра как безумное. А чем ты назовешь мое?

– Предательством, – сказал рептилоид.

– Я не удивлен, – согласился Данилов.

Сделал шаг назад, расстегнул кобуру.

Да он что, стрелять собрался?

Я ничего не успел сделать – Данилов достал оружие. Только это был не лазерник «Кнут», а та парализующая штуковина, и на пистолет-то не очень похожая, которую однажды в моем присутствии применял дед.

Стрелял он почти не целясь, и я с каким-то глупым удивлением понял, что в этом деле у полковника опыт не хуже, чем в управлении челноком. Рептилоид мягко опустился на пол.

– Не волнуйся, он только парализован, – быстро сказал Данилов.