Джамп

Но не хотелось вставать, разрывать паутину сна…

Опасность!

Куалькуа во сне не нуждался.

– Что? – прошептал я, переворачиваясь на живот, оглядываясь. – Где?

Река. Плеск. Свет.

Я всмотрелся – и увидел в звездном мерцании громоздкий темный силуэт, лениво скользящий вниз по течению. Слабый желтый огонек тускло теплился над водой.

Корабль?

Да нет, слишком уж тихо движется…

Воображение послушно дорисовало контуры чудовищного тела, выпученный сверкающий глаз на стебельке. Ну почему в первую очередь всегда ожидаешь встретить монстра?

Боевая трансформация?

Понравилось ему лепить из меня оружие…

– Подожди, – шепнул я.

Наверное, слишком громко. Тень уже проплывала рядом – неуклюжая, угловатая. При звуке моего голоса что-то шевельнулось. Огонек поплыл вверх… будто глаз выискивал меня.

Я встал на корточки, готовясь рвануть подальше от берега.

– Эй! Кто здесь?

Голос был негромкий, но по воде расходился отлично. Вздрогнув, я застыл на месте.

– Есть кто? – с легкой неуверенностью спросили снова. Наверное, замерев, я мог скрыться. Желтый огонек покачивался, выискивая меня… монстр проплывал.

И вдруг морок рассеялся.

Какой еще монстр!

Плот и человек, стоящий с фонарем в руке!

– Эй! – крикнул я. – На борту!"

"Мы говорили на языке, отличном от уже знакомого мне. Врата вновь подготовили меня к очередной планете Тени.

– Эгей! – радостно отозвался голос. – Ты один?

– Да. – Я вскочил и бросился вдоль берега. Неспешно удаляющийся плот внезапно превратился в центр Вселенной. Нет, нет, я не хочу оставаться один на берегу! – Подождите!

– Мотора нет, – добродушно, но с легкой тревогой откликнулся незнакомец. – Ты доплывешь?

Доплыву ли? Да он что, шутит? Тут и двадцати метров нет… по дну дойду…

Я бросился в воду.

Пробежал несколько шагов – глубина нарастала стремительно, нырнул.

Вода казалась теплой. Оказывается, я незаметно успел замерзнуть…

Желтый огонек приближался, превращаясь в маленький круглый фонарь. Я чуть не налетел на плот, вцепился в скользкие бревна. Самый что ни на есть классический плот. Навстречу мне протянулась рука.

– Давай вползай…

Самое главное, что было в этом голосе, – тепло. Может быть, чуть-чуть тревоги… но посмотрел бы я на земного туриста, так легко берущего в глухомани и посреди ночи случайного попутчика.

– Спасибо, – прошептал я, выбираясь на плот.

Человек молча поднес фонарь к своему лицу. Я ничего не сказал, но жест оценил.

Мужчина. Средних лет – может быть, за тридцать, может быть, под сорок. Впрочем, после покойного долгожителя Галиса я не рисковал судить о возрасте аборигенов. Кожа темная, похоже, не от загара, а от природы, волосы черные, прямые. Лицо очень спокойное, серьезное, но не напряженное.