Грань судьбы (ЛП)

— У него была терапия, у него были вмешательства, у него были врачи, консультанты и реабилитационные центры, и это ни черта не помогло. И знаешь почему? Потому что Алексу нравится быть наркоманом. Он не заинтересован в том, чтобы стать лучше. Он грязный подонок-наркоман. И вы позволяете ему это.

— Одри!"

"— А какому правилу ты научил меня, папа? Единственное правило, которое мы никогда, никогда не нарушаем? Нельзя красть у семьи. Он украл мамино обручальное кольцо и заложил его. Он украл у тебя, он украл у меня, он разрушил мое детство. Все вырученное попадало ему прямо в нос или в рот. Этот человек никогда не встречал наркотика, который бы ему не пришелся бы по душе. Он не хочет лечиться, да и зачем ему это? Мама и папа всегда будут рядом, чтобы украсть ему еще на таблетки и забрать его с улицы. Ему достаются как наркотики, так и все это внимание. Черт побери, зачем ему меняться?

— Он мой ребенок, — сказал Симус.

— А кто я, папа? Рубленая печень?

— Посмотри на себя! — Симус поднял руки. — Смотри, смотри, у тебя хороший дом, холодильник вон полон. Тебе не нужна никакая помощь.

Она пристально посмотрела на него.

— Алекс болен. Это болезнь. Он ничего не может с собой поделать.

— Чушь собачья! Он не хочет помогать самому себе.

— Он умрет.

— Хорошо.

Симус хлопнул ладонью по стойке.

— Возьми свои слова обратно, Одри!

Она сделала глубокий вдох.

— Нет.

— Прекрасно. — Он откинулся назад. — Прекрасно. Ты счастливо живешь в своем прекрасном доме. Играешься со своим питомцем. Покупаешь красивые вещи. Ты делаешь все это, пока твой брат умирает.

Она рассмеялась.

— Пытаешься вызвать чувство вины, папа? Подожди, я покажу тебе чувство вины.

Она протопала к книжной полке, вытащила фотоальбом и шлепнула его на стойку перед ним. На снимке ее шестнадцатилетнее я смотрело изуродованным лицом. Ее левый глаз заплыл и превратился в пухлый черный мешок. На ее щеках виднелись сухие следы крови, тянущиеся от полудюжины порезов. Ее нос представлял собой бесформенную выпуклость.

— Что это такое? Ты помнишь это?

Симус поморщился.

— Что, нечего сказать? Позвольте мне помочь тебе вспомнить: именно тогда мой милый братец продал меня своему дилеру за какой-то метамфетамин. Я должна была отдать ему все деньги, которые у меня были с собой, и золотую цепочку, которую мне подарила бабушка, и я должна была проникнуть в лабораторию конкурирующего наркодилера и украсть его тайник, чтобы меня не изнасиловали. Мне пришлось вломиться в бандитский дом, папа. Если бы меня поймали, они убили бы меня в мгновение ока… если бы мне так повезло. А что Кори, дилер? После этого он использовал меня как боксерскую грушу. Он повалил меня на землю и пинал ногами в лицо и в живот, пока не устал. Я должна была умолять… умолять! — чтобы он меня отпустил.