Грань судьбы (ЛП)

— Так ты еще и карманник?

Кальдар помолчал, словно что-то обдумывая.

— Проверь свой левый карман.

О нет. Нет, он не мог. Она сунула пальцы в карман джинсов. В кармане было пусто. Бабушкин крестик исчез. Крестик был всем. Он был напоминанием о единственном стабильном времени в ее жизни, он был символом того, что она наконец сказала: «Хватит». Она может потерять все, но пока она держит этот крестик, она будет в порядке.

Одри протянула руку.

— Верни его.

— Не сердись.

— Кальдар отдай его немедленно.

Линг издала сердитый звук, нечто среднее между шипением и рычанием.

Кальдар провел пальцами по ее ладони. Крестик оказался у нее на руке.

— Когда ты его украл?

— На этот раз?

Что за ублюдок.

— Ты проделывал это больше одного раза?"

"— Он крадет его дважды в день, — сказал Гастон. — А потом кладет обратно. Ничего личного. Он делает то же самое со всеми в семье… — он увидел ее лицо и закрыл рот.

Она повернулась к Кальдару.

— Никогда больше не бери его, иначе мы закончили.

Кальдар поднял руки.

— Обещаю.

— Я совершенно серьезно. Ты берешь его снова, и я ухожу.

— Понял.

Она отвернулась и пошла вокруг виверны, подальше от них двоих.

— Одри… — позвал Кальдар.

Она продолжала идти, уходя в лес, пока не оказалась достаточно далеко, чтобы не видеть синюю тушу дракона. Она увидела пенек и села на него. Одри была так зла, что не могла даже выразить это словами.

Линг выбежала из кустов, села перед ней на задние лапы и бросила ей на колени мертвую цикаду.

— Спасибо, — сказала Одри, стряхивая насекомое с джинсов. — Но тебе лучше ее съесть.

Линг почесалась о ее колено. Одри раскрыла объятия, и енот прыгнула ей на колени. Она погладила мягкую шерстку Линг.

Легкий звук ветки, хрустнувшей под ногами, раздался у нее за спиной. Линг зашипела и спрыгнула вниз. Кальдар обошел пень и опустился перед ней на колени.

— Мне очень жаль.

— Зачем ты его брал? — спросила она.

— Я не знаю. Мне нужно было что-то твое.

— Между партнерами должно быть доверие. Ты его разрушил. Когда я работала с братом и отцом, мне всегда приходилось охранять свои вещи. Любая оплошность, и они заберут то, что принадлежит мне, и будут смеяться мне в лицо, объявляя, что я недостаточно хороша, так как не могу поймать их на месте преступления.

— Я сделал это не поэтому. — Кальдар взял ее за руку. — Мне очень жаль, Одри. Пожалуйста, улыбнись мне.

Она покачала головой.

— Нет. Оставь меня в покое.

— Одри, серьезно, что ты хочешь, чтобы я сделал? Ты убежала, как ребенок.

Она выдавила эти слова сквозь стиснутые зубы.

— Я ушла, чтобы не иметь с тобой дела.

Кальдар встал, протягивая руки.

— Ну, я все равно здесь. Почему бы тебе просто не стать большой девочкой и не разобраться со мной. Чего ты боишься…

Она ударила его.