Империя Страсти (ЛП)

— Это рак или какая-то медицинская хрень?

Она качает головой.

— Ты проиграла дело и винишь себя за это?

— Нет.

— Может, твой отец воскрес из мертвых? Или твоя мама? Может, моя мать? Сьюзен появилась из той дыры, из которой она просится, и побеспокоила тебя?

— Нет, — говорит она с легким отчаянием.

— Теперь, когда самое маловероятное убрано с дороги, давай перейдем к более вероятному. Ты узнала о бандитах, которых я попросил убить Николо?

Ее глаза расширяются.

— Каких бандитах?

— Тогда нет.

— Каких бандитов ты убил, Кинг? — спрашивает она таким решительным тоном, от которого мой член становится чертовски твердым.

— Те, кто избили тебя по приказу твоего отца, конечно. Я не мог позволить им разгуливать на свободе после того, как они причинили тебе боль.

— Ты дикарь?

— Я гораздо хуже, когда дело касается тебя, дорогая. Ты знаешь это, я знаю это, и что бы тебя ни беспокоило, ты поймешь это, когда я уничтожу его. А теперь выкладывай. Это Гвен? Кстати, она прямо внизу, волнуется за тебя, как ненормальная. Ты случайно не узнала, что в твоей семье есть генетическое заболевание, которое убьет тебя, когда тебе стукнет сто лет?

— Нет, придурок. Я беременна.

Я собираюсь рассказать ей еще одну порцию безумных теорий, проносящихся в моей голове, когда, наконец, возвращаюсь к словам, вылетевшим из ее рта.

— Ты только что сказала, что беременна?

— Да. — ее плечи опускаются. — И я не должна быть беременна. Я принимаю таблетки, ради всего святого. Но вчера я почувствовала себя странно, пошла на осмотр, и врач сказал, что я на шестой недели беременности.

Я снова буравлю ее взглядом.

Неудивительно, что в последнее время она сияла. Моему члену нравится думать, что это из-за того, сколько спермы он в нее изливает.

— Ты здорова?

— И это все, что ты хочешь сказать? — она поднимает подбородок. — Это все твоя чертова вина, ублюдок. Опять у тебя шустрые пловцы, которые не смогли остановить даже противозачаточные средства.

— Мой член с удовольствием принял вызов.

— Это не комплимент. — она трогает свои волосы, потом шею. — Я не должна быть беременной. Я не знаю, что с этим делать. Что скажет Гвен?

— Учитывая, что она вышла замуж за моего лучшего друга, пока я находился в коме, мнение Гвен не должно иметь никакого значения. Кроме того, это касается только нас с тобой, дорогая.

— Ты… хочешь этого?

— Хочу ли я, чтобы мой ребенок был внутри тебя? Конечно, блядь, хочу. Но не за счет твоего психического и физического состояния.

Она делает шаг ко мне.

— Разве мы не слишком стары для детей?

— Никто никогда не бывает слишком стар для детей. Тридцать шесть это не старость, дорогая. Это зрелый возраст.

— Что если… что, если я хочу этого? Я хочу сделать это правильно в этот раз.

— Тогда мы сделаем это как надо.