Империя Страсти (ЛП)

Мне начинает казаться, что он никогда не выглядит менее чем идеально, будто он родился с единственной целью запугивать людей.

Кингсли поглаживает ручку дверцы своей машины — Ауди специального выпуска — словно это давний любовник.

При звуке захлопывающейся дверцы, что является маленьким переводом моего нрава, его губы искривляются в раздражающе великолепной улыбке.

— Имеются возражения, ведьма?"

"Пренебрегая своей постоянной потребностью сохранять спокойствие, я полностью поворачиваюсь к нему лицом, положив руку на бедро.

— Я понимаю, что ты вмешиваешься в мои дела и активно пытаешься выгнать меня из У&Ш, чтобы убрать меня из жизни Гвен, чего, кстати, не произойдет. И хотя ты чертов мудак, ты не идиот. Так какого черта тебе понадобилось пачкать свои чопорные руки о проклятую мафию?

— Это беспокойство я слышу в твоем ядовитом тоне? Я был бы тронут, если бы меня это волновало.

— Ты можешь висеть на замерзшей горе на своем члене, и единственное, что я сделаю, это захвачу попкорн, пока буду наблюдать. Так что нет, беспокойство это последняя эмоция, которую я бы к тебе испытывала.

Он вскинул брови в насмешку.

— Звучит болезненно.

— В моей голове это тоже выглядит болезненно.

— Не знал, что мой член имеет индивидуальный раздел в твоей голове.

— Все посвящено пыткам. Экстремальному типу пыток.

— Выглядит извращенно.

— Думаю, ты никогда не узнаешь. — я откидываю волосы, чтобы подавить улыбку.

Я должна злиться на этого мудака, и я злюсь, но в то же время не могу удержаться от того, чтобы не подшутить над ним, когда я с ним.

Он пробуждает во мне все самое худшее, порочное и поганое.

И все это в одно и то же время.

Что означает, что мне следует держаться от него подальше. Особенно после его дерзкого поступка прошлой ночью, который я не могла изгнать из своей головы, даже когда строила планы и прикрепляла имена и фотографии на доске а-ля серийные убийцы.

Но потом ему пришлось появиться из ниоткуда рядом с Николо с беспечностью психопата.

Словно ему нечего терять, что, как я хорошо знаю, далеко не так.

— Ты подумал о Гвен в своем маленьком плане стать другом мафии?

Снова этот тон, жесткий, но со скрытой мягкостью, которая выводит меня из себя.

Он поднимает бровь.

— А ты? Я думал, ты намерена завоевать титул ее матери, но этого не произойдет, если ты окажешься в мешке для трупов, будь то из-за того, что разозлила Николо, или из-за пистолета твоего отца, когда он выйдет из тюрьмы.

Я вздрагиваю, мои глаза увеличиваются в размерах.

Это… он ведь не просто сказал то, что я думаю, не так ли?

— Что? — он подходит ближе тем заряженным способом, который заставляет меня встать на ноги.