Шаги в темноте

А пока… – генерал встал.

Поднялся и Чернов.

– Спасибо вам, товарищ полковник! – протянул руку хозяин кабинета. – Впрочем… я полагаю, вам в этом звании осталось недолго ходить!

– Ну что, Александр Иванович, – Чернов поставил на стол рюмки и достал из портфеля бутылку армянского коньяка, – операция завершена! Вам приказано свернуть все дела и возвращаться к исполнению своих служебных обязанностей. Всем: Сиротину и Барсовой в том числе. Как вы понимаете, все обещания, которые были даны руководством – исполнены.

На стол легла пара погон – два просвета, три звездочки.

– Ваши! Деда Мишу и Тигрицу поздравим вместе – им тоже причитается.

Гальченко посмотрел на погоны, поднял и повертел в руках рюмку.

– А ребята?

– Вот, – на стол легла тонкая папка. – Тут все документы. Уголовные дела на них прекращены, судимость снята, и они полностью оправданы.

– То есть они хоть завтра могут разъехаться по домам?

– Теоретически могут хоть сегодня, пусть только оружие сдадут. Их паспорта – в папке. Там же деньги на обустройство и на первое время. Но… – Чернов поднял свою рюмку. – Тут мне хотелось бы услышать ваше мнение. Имеет ли смысл использовать их как уже сработавшуюся группу и в дальнейшем?

– На мой взгляд – имеет.

– В каком качестве?

– А вот это – уже отдельный разговор. Их ещё подучить бы не мешало…

Звякнуло стекло рюмок.

– И ещё, – Гальченко поставил свою рюмку на стол. – У меня есть личная просьба.

– Слушаю вас.

– Я бы хотел посетить могилу отца. Он умер ещё два года назад и похоронен…

– Я знаю.

– Понятное дело, что во время войны это было нереально… но сейчас…

– Не могу ответить вам прямо сейчас, Александр Иванович. Поймите, я должен доложить об этом руководству. И только с его санкции…

Проводник приподнял ладони.

– Я тоже не вчера родился и всё понимаю. Подожду. Но очень надеюсь…

Звякнули звездочки – он открепил их с погона и опустил в рюмку. Булькнул коньяк.

– А вот теперь – как и положено!"

"Оперуполномоченный Степаненко спешил на службу. Дел, как впрочем и всегда, было невпроворот, только успевай разгребать. Поэтому задерживаться не стоило: начальство, вечно пребывавшее не в духе, могло вклеить весьма нешуточно.

– Товарищ лейтенант!

Это ещё кто такой? Мужик какой-то незнакомый…

– Слушаю вас.

– Тут такое дело… поговорить с вами хотят…

– Кто? – правая рука привычно нащупала через пиджак рукоятку пистолета.

– Здесь рядом…

Посмотрев в указанную сторону, Степаненко малость успокоился: номера этой машины были ему знакомы. Местное управление МГБ.

Однако какого ещё рожна надобно смежникам? По делу – так могли бы и в гости зайти. Или если уж что-то серьёзное – так и к себе бы вызвали.