Шаги в темноте

Одни сразу искали встреч с местными ворами – и находили их. Оседали на «хазах» и терпеливо ждали своего часа. Другие незаметно растворялись среди городских жителей. Кто они, с какой целью приезжали – так и оставалось тайной. Но и среди них отмечалась какая-то активность, незнакомцы ходили по городу, изучали улицы и проходные дворы. Но ни во что не вмешивались и вообще вели себя тихо."

"А Красавец после нескольких дней отдыха был снова приглашён к Копчёному. Понятное дело, бандит не всё это время глушил водку. Он собирал информацию о своём неожиданном покровителе.

Кто он? Откуда взялся этот таинственный деятель, и почему Красавец ничего о нём раньше не слышал?

Разумеется, главарь бандитов не стал расспрашивать об этом провожатого и знакомых уголовников. Было бы совсем наивно думать, что Копчёный про это не узнает. Лишнего геморроя бандиту не хотелось – ведь этот дядя мог оказаться весьма обидчивым. И злопамятным.

Но… язык после выпивки развязывается куда легче, чем на трезвую голову. Практически у всех. Не являлись исключением и представители преступного мира. А расспрашивать Красавец умел… не зря же его информаторами и наводчиками часто становились женщины, которым он умело влезал в душу.

Впрочем, обезображенное шрамом лицо теперь в значительной степени затрудняло такую деятельность. Но среди воров не имелось женщин, которым надо было запудривать мозги, – там всё больше угрюмые мужики присутствовали. И были они весьма падки на дармовое угощение и выпивку.

И уже первые результаты расспросов заставили бандита почесать в затылке. Копчёного знали. Знали, что есть такой старый и уважаемый вор.

Он появился в городе ещё до войны – во всяком случае, в этом были уверены многие. Никуда не ушел с её началом, остался здесь. Уцелел, пережил все перипетии военного времени и даже сохранил некоторых подельников. Одним из них был нынешний смотрящий.

Но никакой известности Копчёный не хотел. Он практически не появлялся на людях, в лицо его знали только самые доверенные воры. Преимущественно из тех, кто оставался с ним здесь во время войны.

Что он делал, чем занимался и на что существовал – не знал почти никто.

На хазах и малинах старый вор не появлялся, в сходках не участвовал. Долгое время о нём вообще ничего не было слышно, решили даже, что он завязал и удалился на покой. Но… главарь бандитов знал, что это не так.

Поэтому на очередную встречу с Копчёным он шел более-менее спокойным. Раз уж этот старый вор его к себе приблизил, то, надо полагать, не просто по желанию левой пятки. С тем же Мишей Бакинским нормальных отношений не сложилось, а этот человек стоит ничуть не ниже его в воровской иерархии.