Испытание Виктории (ЛП)

— Вы будете представлены Высшему Совету для вынесения приговора и наказания.

— Нет! — Гэд побледнел. — Это был не я! Правда! Это мой отец! Он сошел с ума!

— Вы готовы дать показания, рядовой? — Барек вышел из тени. — Перед Ассамблеей?

— Ассамблеей? — Гэд побледнел еще больше.

— Да, государственная измена должна быть представлена всей Ассамблее.

— Государственная измена?! — пропищал Гэд. — Какая государственная измена?

— Предоставление мятежникам секретной информации является государственной изменой, рядовой.

— Мы никогда… он никогда… я никогда… — стал заикаться Гэд.

— Вы готовы дать признание под протокол, рядовой? — потребовал принц.

— Он убьет меня, — беспомощно прошептал Гэд.

— Отведите его в Высший Совет, сержант! — Барек повернулся, чтобы уйти.

— Нет! Стой! Обещай, что меня не будут судить за измену, и ты не позволишь моему отцу убить меня, а я расскажу тебе все, что ты хочешь знать! — Гэд быстро принес в жертву своего отца.

— Ты все расскажешь! — принц бросился к нему так быстро, что Гэд отшатнулся от хлынувшей на него яростной волны.

— Да… Да, конечно, — зачастил он.

— Одна ложь, Станник, всего лишь одна… — Барек поднял палец. — Одно упущение, и мы закончим, а ты будешь стоять рядом со своим отцом!

— Конечно… конечно, как скажете, полковник.

— Тогда сядь, — он жестом указал на стул. — Начнем с того, как ты узнал о турминанском фильтре.

* * *

— «Хранитель» уходит через лунный цикл, и у вас три недели, чтобы привести свои дела в порядок, доктор, и отчитаться, — Виктория стучала по клавишам. — Я передаю вам ориентировочный пакет, и пока мы говорим, прочтите его. Он содержит приказы о транспортировке и назначении на «Хранитель».

Добро пожаловать на борт, доктор Уекер! — сняв наушники, Виктория откинулась на спинку стула и потянулась.

Это было несколько изнурительных недель с почти безостановочными собеседованиями на вакантные места на «Хранитель», но теперь все позади — последняя позиция заполнена. Повернувшись на стуле, она с удивлением увидела прислонившегося к стене Лукаса, неотрывно следящего за ней.

— Привет, — улыбнулась она, вставая.

Лукас, раскрыв объятия, направился к возлюбленной и подхватил ее на руки, когда та с радостью бросилась к нему.

Заключив ее в плен своих рук и притянув как можно ближе, он прижался губами к ее манящим, сочным губам.

Они оба были так заняты все эти недели, что для приватных встреч оставались только короткие ночи, которых им крайне не хватало. Но теперь все изменится. Он только что закончил с последним претендентом, и, похоже, Виктория тоже. Теперь они смогут уделить внимание друг другу.

— Привет, — ответил он через несколько минут между поцелуями.