Король гордости (ЛП)

Другие последовали его примеру, и после этого все быстро сдвинулось с мертвой точки.

К тому времени, как ошеломленные гости полчаса спустя вышли из бального зала, Рассела лишили титулов и обязанностей в компании, его заместителем было назначено временное место работы, а дата голосования за нового генерального директора была назначена на две недели позже. Также будет проведено уголовное расследование деятельности Рассела плюс расплата с советом директоров, четверть которого по разным причинам поддалась его шантажу, но это были вопросы другого дня.

— Кай. — Моя мать остановила меня после того, как я попрощался с безумно веселящимся Данте и контуженной Вивиан. — Сегодня ты срежиссировал отличный вечер.

— Спасибо. Если я проиграю голосование во второй раз, возможно, я продолжу карьеру в производстве шоу, — сухо сказал я. — Кажется, у меня есть к этому талант.

Ухмылка тронула ее губы.

Между Изабеллой, неожиданным визитом моей матери и моей первоначальной потерей наши отношения были напряжены до предела в течение последнего месяца. Однако я почувствовал легкую оттепель, когда мы столкнулись друг с другом в опустевшем бальном зале, оба слишком гордые, чтобы отступить первыми, но слишком измученные, чтобы оставить наши отношения в плохих отношениях.

— Ты хорошо справился, — наконец сказала она. Первый комплимент после ссоры был ее версией извинения. — Я бы никогда не заподозрила Рассела. После стольких лет...

— Он обманул многих людей, включая меня, — сказал я, признав свою собственную склонность к ошибкам.

Снова воцарилось молчание. Ни один из нас не привык сгибаться, и наши уступки сделали наши стандартные режимы работы устаревшими.

— Это была долгая ночь. Мы поговорим позже на этой неделе, после того, как все уляжется, — сказала моя мать.

Я кивнул, и на этом все было кончено.

Это был короткий разговор, но это было все, что нам было нужно, чтобы восстановить наши отношения. Это был путь семьи Янг. Мы не предавались разговорам по душам или затянутым извинениям; мы признали проблему, устранили ее и продолжили жить своей жизнью.

Я вышел из бального зала вслед за ней и вернулся в свой номер, но не прошел и половины пути, как мой адреналин иссяк. Кайф от успешного разоблачения Рассела исчез, сменившись знакомой, пронзительной болью.

Теперь, когда я был один, вдали от шума и отвлечения других людей, голос Изабеллы снова прокрался в мою голову, как призрак, от которого я не могу убежать.

Пожалуйста, просто уходи.

Боль превратилась в острый шип.

Я стиснул зубы и направился прямиком к мини-бару моего номера, но независимо от того, сколько бокалов алкоголя выпил, я не мог притупить воздействие воспоминаний о ней.

Шесть дней. Четыре часа. Одна вечность.