Король гордости (ЛП)
Сдержанный, уравновешенный и безупречный Кай Янг не имеет ни времени, ни склонности к хаосу, а Изабелла с ее фиолетовыми волосами и неуместными шутками — олицетворение хаоса. Наследник миллиардера не может позволить себе отвлекаться на нее, когда надвигается решающее голосование по кандидатуре генерального директора и на кону стоит медиаимперия. Изабелла — это все, чего он не должен хотеть, но с каждым взглядом и каждым прикосновением он испытывает искушение нарушить все свои правила... и сделать ее своей. *** Смелая, импульсивная и полная жизни, Изабелла Валенсия никогда не встречала вечеринку, которая бы ей не нравилась, или мужчину, которого бы она не смогла очаровать... кроме Кая Янга. Это не имеет значения. Он не в ее вкусе — мужчина переводит классику на латынь для развлечения, а его членство в эксклюзивном клубе, где она работает барменом, означает, что он под запретом. Но она не может отрицать, что под его холодной внешностью скрывается мужчина, который может заставить ее растаять от одного прикосновения. Как бы они ни старались, они не могут устоять перед запретными желаниями. Даже если это будет стоить им всего.
"
"Тем не менее, похоть пронеслась по моим венам во всей своей грубой, горячей красе при мысли о том, чтобы наклонить мою голову к ее. О дегустации, тестировании и исследовании того, была ли она так же рискована в спальне, как и за ее пределами.
Брови Изабеллы сложились вопросительными дугами от моего затянувшегося молчания.
Блять. Я подавил свое предательское желание железной волей, выработанной за годы учебы в Оксбридже, и вернул контроль над своими способностями.
— Спасибо, но в моем списке вещей, которые я бы никогда не одолжил, игрушки для взрослых занимают первое место, — сказал я, но мой спокойный тон был обманчивым щитом для бури, назревающей внутри.
Она повернулась ко мне лицом полностью. Ее юбка скользнула вверх, обнажая еще один дюйм идеальной, бронзовой кожи.
Моя кровь загорелась сильнее, и мышца на моей челюсти напряглась, прежде чем я взял себя в руки. Кто носил юбки без колготок в середине не по сезону холодного октября? Только Изабелла.
— Что еще есть в списке? — В ее голосе звучало неподдельное любопытство.
— Носки, нижнее белье, бритвы и одеколон. — Я выпалил ответы, не сводя глаз с ее лица.
Эти выразительные темные брови поднялись еще выше.
— Одеколон?
— У каждого джентльмена есть фирменный одеколон. Кража чужой подписи считалась бы верхом хамства.
Изабелла смотрела на меня целых пять секунд, прежде чем взрыв смеха заполнил машину.
— Боже мой. Я не могу поверить, что ты настоящий.
Хриплый, беззастенчивый звук ее веселья ударил меня куда-то в грудь и растекся, как тающее масло, по моим венам.
— Если бы это было так, парфюмерные бренды уходили бы из бизнеса направо и налево, — сказала она. — Представь, если бы у каждого продукта был только один покупатель.
— Ах, но ты упускаешь из виду важную часть того, что я сказал. — Изгиб моей брови соответствовал изгибу ее. — Я сказал «каждый джентльмен», а не «каждый человек».
Она закатила глаза.
— Ты такой сноб.
— Вряд ли. Это вопрос поведения, а не статуса. Я встречаю множество генеральных директоров и аристократов, которые являются кем угодно, только не джентльменами.
— И ты думаешь, что ты исключение?
Я ничего не мог с этим поделать. Порочная улыбка тронула мои губы.
— Только в определенных ситуациях.
Я заметил это в тот момент, когда до меня дошел смысл сказанного. Румянец вернулся к Изабелле, окрасив ее лицо в прелестный розовый цвет. Ее губы приоткрылись в слышимом вздохе, и, несмотря на мои лучшие инстинкты, темное удовлетворение пронзило грудь от ее реакции.
Я был не единственным, кого мучило наше влечение.
Она открыла рот как раз в тот момент, когда двигатель заглох, проглатывая свои слова и резко обрывая нашу связь.
Мы прибыли в «Монарх».
Я скрыл укол разочарования, когда к нам поспешил камердинер и забрал ключи у Данте.















![Поверить в чудо [трилогия]](/uploads/posts/images/1/poverit-v-chudo-trilogiia-1.jpg)

