Королева теней (ЛП)

Чередуясь они рассказывали истории ран, накопленных за годы, проведенные врозь. И через некоторое время, она стащила с себя костюм и повернулась, чтобы показать ему шрамы, и татуировки, которые у нее были запечатлены на спине.

Когда она снова откинулась на диван, Эдион показал ей шрам поперек его левой груди, от первой битвы, в которой он наконец-то смог отвоевать меч Oринф - отцовский меч.

Он удалился, и пока она рассматривала его комнату, он вернулся держа меч в руках, опустился на колени.

- Это принадлежит тебе, - хрипло сказал он.

Кровь запульсировала в ушах.

Она положила руки Эдиона на ножены, несмотря на то, что ее сердце разбилось при виде меча своего отца, и осознания того, что сделал кузен, чтобы получить и сохранить его.

- Это принадлежит тебе, Эдион.

Он не забрал меч.

- Оно было просто у меня на сохранении.

- Это принадлежит тебе, - повторила она снова. - Нет никого, кто заслуживает этого меч, кроме тебя. - Даже не она, поняла Аэлина.

Эдион судорожно вздохнул и склонил голову.

- Ты грустный и пьяный, - промолвила она, и он рассмеялся.

Эдион положил меч на столик позади себя и плюхнулся обратно на диван. Он был достаточно большим, что она, чуть было, не порвала свою собственную подушку, пристально оглядев его, когда смогла выпрямиться.

- Не ломай мой диван, ты, неповоротливое животное.

Эдион растрепал ее волосы и вытянул перед ней длинные ноги.

- Мы не виделись десять лет, и это все,что я получаю от моей любимой двоюродной сестры.

Она ткнула его локтем в ребра.

Прошло еще два дня, и Эдион каждый раз сходил с ума, особенно когда Аэлина продолжала тайком возвращаться, покрытая грязью и плохо пахнущая, с горящим Глаза Элианы. Он конечно ходит на крышу ради свежего воздуха, но это было не то же самое. Квартира была достаточно небольшой, что Эдион стал думать, о том, что бы перебраться на склад на первой этаже и спать там, дабы иметь хоть какое-то ощущение пространства.

Чувство замкнутого пространства всегда давило его, даже в лучших дворцах, или по пути - в Рафтхол или Оринф - когда он был слишком долго без прогулок по лесам или полям, без поцелуев ветра на лице. Боги всевышние, он бы даже забрал бы Бэйна из военного лагеря. Слишком много прошло времени с тех пор, как он видел своих людей, смеялся вместе с ними, слушал и втайне завидовал их рассказам об их семьях и домах. Но больше его это не трогало - не теперь, когда его собственная семья вернулась, не теперь, когда Аэлина была его домом.

Даже если стены ее дома сейчас давили на него.

Он, должно быть, выглядел словно зверь в клетке, чувствовал, правда, он себя так же, поэтому, вернувшись в квартиру во второй половине дня, и увидев Эдиона Аэлина просто закатила глаза.

- Ладно, хорошо, - сказала она, всплеснув руками.