Королева теней (ЛП)

Он видел этого воина с любовницами столетиями, и наблюдал, как он покидает их по приказу Маэвы. Он также был свидетелем того, как Гарель наносил себе имена его погибших людей на кожу. Из всех его друзей, только Гарель остановился, чтобы помочь Аэлине против Валгов той ночью.

- Не отвечай сейчас, - добавила Аэлина зевая. - Нам нужно поспать.

Рован успел изучить каждый дюйм квартиры с момента прибытия, но сказал настолько обыденно, насколько мог:

- Где же мне спать?

Она похлопала по кровати.

- Как в старые добрые времена.

Он стиснул челюсти. Он сдерживал себя каждую ночь, все недели.

- Здесь всё не так, как в крепости, где никто не задумывается дважды.

- А если я хочу, чтобы ты остался здесь, со мной?

Он не позволил себе полностью воспринять смысл этих слов, идею остаться в этой постели. Ему пришлось постараться, чтобы перестать думать об этом.

- Тогда я останусь. На диване. Но тебе нужно объясниться с остальными насчёт того, что это значит.

Было так много границ, которые нужно было соблюдать. Она была под запретом – по десяткам разных причин. Он думал, что сможет справиться с этим, но –

Нет, он справится с этим. Он найдёт способ обуздать эти чувства, ведь он не был дураком, и у него есть чёртов самоконтроль. Теперь, когда Лоркан был в Рафтхоле, преследовал их, охотился за Ключами Вэрда, у него есть вещи поважнее.

Она пожала плечами, невозмутимая, как всегда.

- Тогда я издам своё королевское постановление о моих высокочтимых намерениях насчёт тебя после завтрака.

Рован фыркнул и нехотя сказал:

- И капитана тоже.

- А что с ним? - сказала она слишком резко."

"- Просто хочу посмотреть, как он усвоит некоторые вещи.

- Зачем? - она очень старалась не упоминать его.

Но было столько боли и столько злости в одном этом слове, что Рован не смог отступить.

- Скажи мне, что случилось.

Она избегала его взгляда.

- Он сказал, что всё, что случилось здесь – с друзьями, с ним, с Дорином, пока я была в Вендалине – всё это моя вина. И что я – монстр.

На секунду, стремительная, ослепляющая ярость захлестнула его. Инстинктивно, ему захотелось прикоснуться к её руке, лицу, которое оставалось опущенным. Но он держал себя под контролем. Всё ещё не глядя на него она сказала:

- Ты думаешь...

- Никогда, - сказал он. - Никогда, Аэлина.

В конце концов, она посмотрела ему в глаза слишком зрелым, печальным и уставшим взглядом для девятнадцатилетней девушки. Было бы ошибкой даже назвать её девушкой – в некоторые моменты Рован в самом деле забывал, насколько же она юна. Эта женщина рядом с ним несла бремя, которое могло бы сломить даже кого-то в три раза старше её.

- Если ты – монстр, то и я тоже – монстр, - сказал он с достаточно широкой ухмылкой, чтобы продемонстрировать удлинённые клыки.