Королева теней (ЛП)

Она проигнорировала непослушание и осуждение в этом рыке.

Они приземлились на немного сплюснутом горном уступе, и Манона оставила Кальтэну заботам Аброхаса, когда она потопала через лед и снег, в сторону паникующей деревни.

Тринадцать молча построились в шеренгу позади нее. Она не смотрела на них, часть ее не осмеливалась увидеть то, что написано на их лицах.

Жители деревни остановились, увидев шабаш, стоящий на вершине скалы, выступающей над лощиной, которую они превратили в свой дом.

Манона вытащила Рассекатель Ветра. И крики возобновились.

Глава 49

К полудню Аэлина подписала все документы, принесенные Заведующим Банка, оставив Башню убийц новым ужасным владельцам, а Эдион все еще не мог уложить в голове все, что она сделала.

Карета довезла их до края трущоб, после чего они, придерживаясь теней, добирались домой тихо и незаметно.  Тем не менее, когда они достигли склада, Аэлина продолжила идти к реке, находившейся через несколько кварталов, не говоря ни слова. Рован сделал шаг, чтобы последовать за ней, но Эдион остановил его.

Он, должно быть, хотел умереть, потому что даже Эдион приподнял брови на фэйского принца, прежде чем последовать за ней по улице. Он слышал их маленькую перебранку вчера вечером, благодаря открытому окну в его спальне. Даже сейчас, он не мог решить, был ли он удивлен или разгневан словами Рована – не трогай меня так – однако было очевидно, что воин-принц чувствовал совершенно противоположное. Но Аэлина...Боги всевышние, Аэлине все еще предстояло это выяснить.

Она топала по улице с очаровательной раздражительностью, когда сказала:

- Если ты пришел сделать мне выговор, - выдохнула она, - я не думаю, что смогу убедить тебя развернуться.

-  Ни единого проклятого шанса, дорогая."

"Она закатила глаза и продолжила. Они шли бок о бок, пока не достигли коричневой реки. Ветхая, грязная дорожка из булыжников тянулась вдоль края воды. Ниже был заброшенный и полуразрушенный столб, это все, что осталось от старого дока.

Она смотрела на мутную воду, скрестив руки на груди. Во второй половине дня, свет почти ослеплял, отражаясь от поверхности водной глади.

- Покончим с этим, - сказала она.

- Сегодня – то кем ты была сегодня, это была не только маска.

- Это беспокоит тебя? После того, что ты видел, как я вырезала королевскую рать?

- Это беспокоит меня, потому что те люди, которых мы сегодня встретили, и глазом не моргнули на этого человека. Меня же беспокоит то, что ты была долгое время с ним.

- Что ты хочешь, чтобы я сказала? Чтобы я попросила прощение за это?

- Нет – боги нет. Я просто… - слова были какими-то неправильными. - Ты знаешь, что когда я пошел в те лагеря, когда стал генералом…я тоже позволил границам размыться. Но я все еще был на Севере, по-прежнему жил среди нашего народа.